Язык политической коммуникации

Загрузка...
Актуальность настоящего исследования обусловлена возрастанием интереса к политической мысли. Сегодня каждый гражданин считает своим долгом разобраться в ходе политических событий, но далеко не каждый может критически взглянуть на тексты политиков и журналистов. Речевая тактика меняется, читателя не привлечь стереотипным содержанием и сухим изложением. Поэтому авторы стремятся разнообразить свое политическое выступление, используя языковые средства выразительности. Метафора является наиболее типичным средством выражения эмоций. В современной политической лингвистике формируется представление о метафоре как об инструменте оценки и осознания политических процессов, как о средстве влияния на социальное сознание.
 
Объектом исследования стали доступные стенограммы первой Государственной Думы (1906 год) и стенограммы современных сессий Государственной Думы, которая существует с 1994 года по 2013 годы.
 
Для начала мы разграничили все тексты стенограмм Госдумы начиная с 1994 по 2013годы. Всего за этот период было проведено 42 сессии по две в год.
Первое заседание современной Государственной Думы было в январе 1994 года. При анализе текстов было выделено несколько этапов:
1).с 1994 – 2000 год;
2).с 2000 – 2008год;
3).с 2008 – 2013 год.
 
Это обусловлено политической ситуацией в стране. «Язык инновации предшествует общественным преобразованиям, поэтому изменения в стиле политического языка служат индексатором приближающейся демократизации общества или кризиса демократии». [Будаев, Чудинов, эл. ресурс. URL: http://yandex.ru/clck/jsredir from=yandex.ru;yandsear..] 90-ые годы были тяжелыми для страны: рост цен, низкая заработная плата, спад общественного производства, слабая рождаемость, слабая инвестиционная активность. В эти годы безнаказанно совершались преступления: убийства, грабежи, разбой. А лицом страны и соответственно ситуации в стране был Б.Н. Ельцин. Мы выбрали для конечной точки первого этапа 2000 год, т.к. это важный момент для истории Российского Государства. В связи с досрочным уходом Б.Н. Ельцина 31 декабря 1999 года исполняющим обязанности президента РФ назначен В.В. Путин. Это переломный момент в жизни страны. С приходом нового сильного политика у граждан просыпается надежда на восстановление порядка, законности и культуры страны.
 
Второй период длиться до 2008 года. Этот этап условно можно назвать становлением России, как ее политического строя, так и мирового сотрудничества, экономики, возрождение культуры. В августе 2008 года Грузией было совершено нападение на республику Осетия, которая входит в состав России. Этот конфликт дал понять миру, что Россия стала мощным государством, которое может за себя постоять. Поэтому третий период условно можно назвать новой обновленной и мощной Россией. И этот период длится и по настоящее время.
 
Предметом исследования является употребление метафорических выражений депутатами в стенах первой и современной Государственных Думах.
 
Материал исследования: Все используемые в данном исследовании метафоры были взяты из стенограмм первой Государственной Думы и современной Думы. Стенограммы первой Госдумы были нами найдены в интернете, на сайте, который посвящен столетию со дня учреждения первой Госдумы. [http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..]. Стенограммы современных сессий тоже были найдены в интернете на официальном сайте Госдумы. [http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear.. ] Все рассмотренные нами тексты относятся к периоду с 27.05. 1906 года по 23.12.2013 года.
 
Целью работы является:
1.Сформулировать понятие «политическая риторика» и определить ее место среди современных наук;
2.Определить роль метафоры в политической риторике;
3.Найти в текстах стенограмм метафорические выражения;
4.Понять механизмы создания метафор и сделать классификацию найденных метафорических выражений;
5.Научиться видеть значение метафоры в политическом тексте;
4.Уместность метафоры в данном контексте;
7.Проследить динамику изменения использования метафорических выражений в государственном законодательном органе.
8.Решить вопрос о соотношении рационального и художественного составляющих метафоры. Сейчас метафоры обычно рассматриваются однозначно: «либо применительно к науке, либо применительно к искусству». Редко исследователи при анализе метафор из художественного или научного текстов применяют одновременно два эти способа познания мира. С одной стороны метафора отражает субъективное переживание, являются продуктом индивидуального воображения, а с другой стороны метафора, как и язык, связаны с общественным опытом и культурой в целом, значит, она социальна и поэтому можно сказать, и объективна. Этот метод получил название образно – рациональный. [Друлак, 2008: 6]
 
Задачи: для достижения поставленной цели необходимо решение следующих задач:
1.Разобраться в механизмах создания метафоры (?);
2.Функционирование метафоры в политических текстах в разное время;
3.Анализ стенограмм Государственной Думы на предмет наличия метафорических выражений;
4.Попытаться дать классификацию метафор в
 
Методология настоящего исследования сформировалась на основе работ американских ученых (М. Блэка, М. Джонсона, Дж. Лаккоффа, А. МакКормак, М. Бирсли, Д. Дэвидсона и др.), которые разрабатывали теорию метафорического моделирования. Эта теория развивалась и отечественными лингвистами А. П. Чудинов, Е. С. Кубрякова, В. З. Демьянков, А. Н. Баранов, Г. Н. Скляревская, И. М. Кобозева и др.) Данная дипломная работа так же опирается на исследования политической риторики (М. В. Гаврилова, А. В. Канафьева, С. А. Громыко и др.)
 
Изучение проблемы обусловило выбор методов исследования:
1.Изучение и обобщение отечественной и зарубежной практики;
2.Описательный;
3.Контекстуальный анализ;
4. Метод сплошной выборки.
5.Классификациаонный;
6.Сравнение;
7.Обобщение.
8.Образно – рациональный.
 
Так же для более наглядного отражения динамики развития изменений метафорических выражений были применены элементы статистического анализа.
 
Теоретическая значимость данной дипломной работы заключается в диахронном анализе и описании метафорических моделей в пределах одного законодательного органа – Государственной Думы.
 
Практическая ценность: материалы дипломной работы могут быть применены в практике преподавания курса политической метафорологии, политической лингвистики. Проведения практических занятий по этим дисциплинам.
 
Научная новизна дипломной работы заключается в определении, классификации и сопоставительном описании метафорических моделей в текстах Госдум.
 
Структура работы состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы и приложения.
 
В введении представлена характеристика основных параметров исследования: обосновывается актуальность поставленной проблемы; определяются объект, предмет и материал исследования; обозначается его цель и определяемые ею задачи; описываются методы проведения исследования; раскрывается научная новизна дипломной работы, ее теоретическая и практическая значимость.
 
В первой главе нашей дипломной работы мы рассматривает теоретические вопросы: о месте риторики в системе современных научных дисциплин, ее история и связь с политической лингвистикой.
 
Во второй главе мы рассматриваем политический язык: его лексика, особенности, изобразительно-выразительные средства в частности метафору. Роль метафоры в политическом тексте, ее влияние на адресата политической речи.
 
Третья глава представляет собой анализ метафорических выражений, которые были нами найдены в текстах стенограмм первой и современной Госдумах.
 

Основные особенности и развития политической риторики.

 

Понятие риторики. Становление риторики как науки. Ее связь с политической лингвистикой.

 
Современное общество не стоит на месте, оно постоянно движется, интенсивно развиваются технологии, жизнь становится быстрой. У людей возникает потребность контроля общественной жизни, они хотят знать новости, происходящие в мире. Поэтому растет роль средств массовой информации. Но в таком объеме информации, которая предоставлена современному человеку, в таком объеме различных мнений становится сложно найти правду. Политическая лингвистика как наука способствует пониманию происходящих политических процессов, учит видеть подлинный смысл выступлений политических лидеров и способы манипуляции.
 
Это достаточно молодая наука, которая сейчас интенсивно развивается. Она «занимается изучением использования ресурсов языка как средства борьбы за политическую власть и манипуляцию человеческим сознанием». [Будаев, Чудинов, эл. ресурс. URL: http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..] Политическая деятельность – это, прежде всего, речевая, словестная деятельность. Хороший лидер понимает, что для успешной работы необходимо уметь ясно выражать свои мысли, ориентировать свою речь на слушателей, эмоционально говорить и оперировать средствами выразительности языка. Т.е. деятельность политика – это «Политическая коммуникация или речевая деятельность, ориентированная на пропаганду тех или иных идей, эмоциональное воздействие на граждан страны и побуждение их к политическим действиям, для выработки общественного согласия, принятия и обоснования социально-политических решений в условиях множественности точек зрения в обществе». [Чудинов, 247:6]
Истоки политической лингвистики как науки лежат еще в античной риторике.
 
Риторика — одна из древнейших наук, которая занимается обучением активно владеть речью и «воздействовать на человека с помощью слова». [Хазагеров, 308:7] В разные времена ей отводилась большая или меньшая роль, ценилась выше или ниже, но она никогда не исчезала.
 
Появление ораторского искусства обусловлено необходимостью публичного обсуждения и решения вопросов, имеющих общественную значимость. Важнейшим условием проявления и развития ораторского искусства стали демократические формы правления, подразумевающие свободный обмен мнениями, свободное участие граждан в политической жизни страны. Поэтому важно было произнести такую речь, которая была бы понятой и убедительной. Сложилась даже профессия софистов, учителей которые за деньги обучали молодых людей технике аргументации и воздействия словом. Зачастую, речи, произнесенные оратором, были достаточно длинными, оживленные прения были редкостью. Поэтому ораторы писали свои речи заранее, шлифовали их, заучивали наизусть, тщательно вырабатывали мимику, а потом декламировали. Импровизации встречались крайне редко, это сближало ораторское искусство с актерской деятельностью.
 
Риторика как систематическая дисциплина сложилась в Древней Греции, в эпоху Афинской демократии. Отдельные элементы риторики, например, фрагменты учения о фигурах, о формах аргументации, возникли уже в Древней Индии и в Древнем Китае, но они не были систематизированы и не играли важной роли в общественной жизни.
Первыми теоретиками в Древней Греции были софисты. Изобретателем риторики называют Георгия Леонтинского, который предложил учение об аргументации и выделил некоторый риторические фигуры. Но софисты плохо разграничивали «очарование речью» от убеждения ею. Поэтому они больше занимались фигурами речи, ее красотой и изящностью.
 
В противовес учениям софистов Платон предлагает свою особую речевую манеру – диалектика, – которая подразумевает обмен мнениями, спор, в котором рождается истина. Отсюда этическая сторона риторики.
 
С появлением «Риторики» Аристотеля, риторика начинает утверждаться как научная дисциплина. Это первое дошедшее до нас руководство по ораторскому искусству. В нем Аристотель выделяет главные задачи риторики. Главным качеством речи Аристотель называет ясность, что помогает разграничить убеждение и манипулирование.
Так же он пытается разделить красноречие на три рода: судебное, совещательное и торжественное. Аристотель обосновал причину такого деления: «Слушатель бывает или простым зрителем, или судьей, притом судьей или того, что уже совершилось, или же того, что может совершиться». [Аристотель, эл. ресурс URL: http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..] В зависимости от того, какую позицию занимает слушатель, Аристотель строит свое деление. Если слушатель выступает судьей того, что уже совершилось, то это судебное красноречие. Здесь слушатель не волен изменить ход событий, т.к. они уже совершились. Он может только принят одну из точек зрения.
 
Торжественное красноречие направленно на слушателей, они являются зрителями, никаких обсуждений нет. «Такая речь формирует определенное мнение, на основании которого слушатель будет поступать так или иначе, но в момент произнесения речи он не стоит перед выбором…» [ Хазагеров 2002:26] Поэтому Аристотель выделяет торжественное красноречие, при этом обговаривая, что оно тесно связано с совещательным. Мнение, которое сложилось в результате произнесения торжественных речей, может повлиять на решение при совещании.
 
Политическая риторика восходит к совещательному красноречию. Для совещательного красноречия Аристотель определяет темы: финансы, война и мир, охрана страны, обеспечение продовольствием, создание законодательства, т.е. те, которые актуальны для обсуждения на государственном и гражданском уровне. От воли слушателей зависит будущее страны, поэтому речь оратора должна быть ориентирована и на мобилизацию определенных качеств, которые выгодны в данной ситуации. Например, мобилизацию гражданского правосознания, на согласие всех сторон и др.
 
В середине II века до н.э. возникает римская риторика, которая связана с именами талантливого теоретика и практика ораторского дела Марка Туллия Цицерона и профессора Марка Фабия Квинтилиана, написавшего трактат «Об образовании оратора».
 
В эпоху поздней античности место риторики все больше закреплялось в системе дисциплин, и каждый порядочный гражданин изучал науку владения словом. В эпоху Средневековья статус риторики не изменился. Выпускники средневековых университетов владели единой латиноязычной риторической культурой и могли общаться и понимать друг друга в любой части Европы. Наряду с риторикой стала развиваться и гомилетика – христианская проповедь, искусство проповеди как таковое. Поэтому риторика стала востребована больше у верхушки населения, преимущественно у священнослужителей. Дискуссий перемещаются в письменную сферу.
 
В эпоху Возрождения и последующее время статус риторики нисколько не умалялся. Состав людей, которым стала нужна риторика как наука, стал расширяться: ученые, светские деятели, а не только священнослужители. Это, от части, повлияло на сферу использования: востребована в бытовом общении, изящной словесности, для поддержания светской беседы, показать остроумие. Умение полемизировать стало не так актуально. Только в конце XVIII столетия риторика начинает уменьшать свое влияние, а в XIX к ней относятся с уничижением, подразумевая под ней «пустословие и словестное баловство».
 
Упадку риторики как науки есть немало причин. В век веры в прогресс, в человека, в изменение, эволюцию всего живого, мало кто интересовался и верил в ораторское искусство. Надо сказать, что и риторика не смогла сделать вызов времени, не смогла найти себе применение, т.к. она все еще оперировала античными приемами, которые пыталась подстроить под нужды века. Но она не перестает существовать, например, Пушкин и другие лицеисты изучали риторику. Были и теоретики: Николай Кошанский – автор книг по общей и частной риторике. Его книгу «Общая риторика» критикует В.Г. Белинский.
 
Другая причина, по которой риторика теряет свою значимость – расцвет словестного искусства. Термин «словесность» меняется на «художественная литература», для которой важным становится изящность слова. Язык стал изучаться на материале произведений художественной литературы.
 
Еще одна немало важная причина состояла в том, что риторика со времен античности практически ничего не разрабатывала в вопросе убеждающей речи.
 
Статус политической риторики кардинально меняется в ХХ веке. Возрастает интерес к предмету изучения риторики. Одними из первых исследователей обративших внимание на вопросы построения речи и успешного общения были Дейл Карнеги и Поль Сопер. Ими были рассмотрены и разработаны практические правила «правила, которые позволяют воздействовать на людей, не оскорбляя их и не вызывая у них чувства обиды». [Корнеги, 688:185] Поль Сопер так же рассматривает вопросы манипулирования и построения речи: «Публичная речь может рассматриваться как своеобразное произведение искусства, которое воздействует одновременно на чувство, и на сознание. Если речь действует только на способность логического восприятия и оценки явлений, не затрагивая чувственной сферы человека, она не способна производить сильного впечатления». [Сопер, 311:2] и Так же ими были рассмотрены и разобраны конкретные выступления политических деятелей. Давая свои рекомендации и пояснения, они выделяли способы манипулирования, «разоблачали» недобросовестные уловки, косноязычие. Это стало началом современной политической лингвистики.
 
После первой Мировой войны изучение политического языка не теряет актуальности. В условии военного напряжения, агитации и пропагандистского противостояния воюющих стран внимание исследователей приковано к способам формирования мнения и способам пропаганды. «История возникновения и становления любой научной дисциплины неразрывно связана с историей общества, и политическая лингвистика не стала исключением». [Будаев, Чудинов (интернет)] Этими активно занимаются: Поль Лазарфельд, Гарльд Лассвель и другие исследователи.
 
Политические события 30-40 –ых годов задают тон исследования политической лингвистики и ораторского искусства в целом. В условиях постоянного противостояния партий и борьбы в мировом масштабе, стало ясно, что плохой оратор не способен стал лидером и взять революционную страну в руки. Поэтому взгляд исследователей был направлен на агитацию: советские лозунги, фашистская пропаганда. Это такие исследователи как Г. Лассвелл, Н. Лейтес, С. Якобсон и другие. Так же здесь отмечают и английского писателя Джорджа Оруэлла, который написал роман – антиутопию, в котором на практике показал как устроена фашистская пропаганда. «Джордж Оруэлл наглядно показал, каким образов при помощи языка можно заставить человека поверить лжи и считать ее подлинной правдой, как именно можно положить в основу государственной идеологии оксюморонные лозунги «Война – это мир », «свобода – это рабство», «Незнание – это сила». [Чудинов, 252:11]
 
В середине ХХ века политическая лингвистика переходит на новый этап развития. Это обусловлено политической ситуацией, появление СМИ и нового информационного взгляда на мир, где в высшей степени востребованы пропаганда и агитация. Наступила эпоха, когда люди начали решать проблемы международного масштаба словами. Когда «каждая конституционная страна, каждая крупная политическая партия выставляет несколько крупных политических ораторов» [Смирницкий, http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear.. ], ораторское искусство становится наиболее необходимым. Политика – это всегда борьба за власть, где побеждает тот, кто хорошо владеет языком и способен донести до адресата свою идею.
 
Меняется отношение к информации. Она воспринимается как ресурс и ее ценность возрастает. Люди научились оперировать языком и поняли, что удачно подобранная метафора может очень эффективно воздействовать, изменять мнение и манипулировать сознанием и что эти законы хорошо работают в политике. Наступила эпоха, когда каждый человек способен участвовать в жизни страны, активно включен в процесс принятия решений. Это обычно называют «партиципативное управление», или «демократическая форма политического участия», когда создается видимость, что основным субъектом политический жизни становится народ. Но в действительности народ не может управлять государством. На сегодняшний день можно говорить лишь о представительной демократии, суть которой в том, что из народа выбираются представители, которые являются «голосом народа».
 
Меняется и ораторское искусство, подстраиваясь под ритм современной жизни. Внеплановые собрания, прения, обсуждения не дают возможности полностью продумать и выстроить свою речь, поэтому ораторы учатся экспромту, оперативно подыскивать аргументы, возражая противнику. «Тщательно обдуманная жестикуляция, заранее подготовленные повышения и понижения голоса, повели бы за собой фиаско речи, которая по современным требованиям, даже будучи подготовлена заранее, должна звучать, как импровизированная». [Смирницкий, http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..] Таким образом, оратору мало умения хорошо составлять и произносить речи, ему так же нужно быть находчивым, стрессоустойчивым и способным хорошо держаться на публике. По сути, он должен стать актером и играть на публику. Это поможет ему с холодной головой отыскивать у противника слабые места в речи и хорошо подбирать аргументы, искусно парировать возражениями противника. Как писал Ю.В. Рождественский «…история риторики есть история стилей жизни. Информационное общество несет новый стиль жизни и требует новой риторики. Стилевая задача новой риторики состоит в понимании и пользовании всеми видами слова, а не только публичной устной речью». [Рождественский: с 3]
 
Так же отличительная черта ораторского искусства в новое время – проста речи. Парламентские речи зачастую печатаются, поэтому они должны быть максимально понятными, логичными, хорошо выстроенными и фактически верными. Когда речь произносится в толпу, главным становится повлиять на чувства, а точностью фактов можно и пренебречь.
 
В советское время не прекращалось исследование политического языка. Но в условиях жесткой цензуры, было сложно дать максимально независимую оценку и объективно описать речь. Положение изменилось только после начала перестройки, когда цензура немного ослабилась. Следует отметить работы зарубежных исследователей языка советской эпохи : Патрик Серио, Эгон Бадер, Астрид Бэклунд и другие. Так же важное место занимают исследования российских эмигрантов: Л. Ржевский, Т. Фесенко. Ценность их работы возрастает, т.к. они были достаточно объективны и могли высказать свою точку зрения свободно.
 
Сейчас политическая жизнь благодаря СМИ, интернету, прессе стала общедоступной. Интерес к ней значительно возрос. Многие ученые отмечают, что язык политики развивается и открывает для себя новые способы манипулирования сознанием читателей и слушателей. Поэтому интерес к нему у исследователей не угасает и за последнее десятилетие появилось много работ, посвященных языку политики и манипуляции.
 

Язык политической коммуникации

 
Вопрос о существовании политического языка как отдельной подсистемы в составе национального языка остается открытым и вызывает множество споров. Одни исследователи называют политический язык именно особым вариантом русского языка, на котором ведется политическая коммуникация. Рассмотрение политического языка как «подъязыка» подчеркивает его стилистическую неоднородность, так как подъязык «представляет собой как бы продольный срез с национального языка в аспекте определенной профессиональной деятельности» [Марочкин, 1998: 18-21]. Так и язык современной политической коммуникации «отличается сложным переплетением признаков общеупотребительной речи, особого жаргона, официально-деловой и научной речи». [Чудинов, 2007:86]
 
Другие утверждают, что политическая коммуникация не имеет существенных расхождений с нормой русского языка, поэтому политический язык не выделяют в отдельную подсистему. Но вместе тем всеми исследователями отмечается, что политическая коммуникация диктует свои законы построения речи, поэтому можно говорить об отдельном стиле. В рамках этого стиля политический язык понимается «не как особый национальный язык, а ориентированный на сферу политики вариант национального языка». [то же]
Некоторые исследователи отмечают несколько уровней владения и использования политического языка. На самом простом уровне политический язык понимается как искусственный, отчасти «технический язык, создаваемый для определенных конкретных целей и призванный закрепить в обществе некоторые наиболее важные принципы, смысловые ценностные и этические установки». [эл. ресурс. URL:http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..]
 
На втором, пользуясь политическим языком его носители не просто оценивают происходящие события, выдвигают программы, формулируют проекты, укрепляют свой статус, но и «сам по себе политический язык к чему бы он не обращался уже есть пропаганда, поскольку он подспудно навязывает как нечто очевидное и само собой разумеющиеся определенные идеологические предпосылки». [там же] Открыто изложенные факты могут быть поняты неправильно, вызывать критику, отторжение.
 
Третий уровень владения политическим языком подразумевает отказ от «технического»: терминологии, от всякого рода пропаганды и сливается с повседневным языком. Это тоже своего рода способ манипулирования, т.к. политической язык ведет себя как неполитический и это настраивает аудиторию на обычный диалог. Так же обычная незамысловатая речь способствует пониманию сложных политических процессов. Но вместе с тем в некоторых случаях мы имеем дело с подлинным растворением политического языка и поэтому можно говорить о конце политики и остановке политического языка.
 
При чем, исследователи отмечают, что в одном обществе может существовать несколько политических языков, это связано с социальным расслоением общества. «При этом, чем более дифференцировано общество в социальном и политическом отношении, чем острее социально-политические противоречия, тем больше в нем политических языков и тем заметнее различия между последними». [Баталов, 1999:154] И, наоборот, в тоталитарном государстве, например, в Германии был создан особый идеологический язык, которому были характерны неологизмы, фальсификация общепринятых понятий и терминов, который были приспособлены к форме господствующей идеологии. Эпоха закончилась, но отдельные понятия и термины активно употребляются, переосмысляются в духе времени.
 
Главной особенностью политического языка, как отмечают исследователи, является изменение «соотношения между знаком (словом) и значением, при котором привычные единицы языка получают необычную интерпретацию, а хорошо знакомые ситуации включаются в неожиданные смысловые контексты: вещи перестают называться своими именами» [Гаврилова, 2004: 128].
 
Помимо специальных политических терминов основными группами лексики, определяющих специфику современного политического языка, позволяющих разнообразить речь и достичь определенного эмоционального эффекта являются просторечия, жаргонизмы, иноязычная лексика.
 
Просторечная и жаргонная лексика стали активно употребляться в период советской России и 90-ые годы. Некоторые участники политической коммуникации позволяют себе выражения, прикрываясь «близостью к народу». Сейчас эта тенденция стала постепенно угасать, тем более что многие жаргонизмы и просторечные слова стали нейтральными и даже вошли в состав словарей. Использование такой лексики как минимум заостряет внимание слушателей, а так же помогает эмоционально полно выразить отношение к проблеме.
 
«В современной политической речи продолжается процесс заимствования иноязычных слов, что диктуется как потребностями общества, так и политической ситуацией». [Чудинов, 2006:101] А так же из-за ориентирования на мировые стандарты. Для многих политических реалий в русском языке нет исконных слов, поэтому используются интернациональные обозначения. Например, революция, демократия, социализм и др. Большинство заимствованных словах ощущаются вполне привычными. Но многие ученые боятся загрязнения языка. «Чрезмерное использование варваризмов способно привести к определенной трансформации языковой картины мира. Новые слова нередко преобразуют эмоциональную оценку тех или иных реалий, что приводит к изменению представления носителей языка об окружающей действительности». Использование большого количества заимствованных слов является показателем слабой речевой культуры.
 
Так же активные заимствования терминов происходит из различных областей человеческой деятельности. Например, говоря о росте промышленности, росте военной мощи, экономики используются зачастую биологические термины. В связи с этим Э. Баталов считает, что характер использования терминов «служит одним из самых точных индикаторов специфики не только данного языка политики, но и «зашифрованной» в нем политической культуры, ее типологической принадлежности [Баталов, 1999: 155] Это придает политическому языку эмоциональность, образность.
 
Как было уже сказано ранее, политический язык – это всегда способ манипулирования, предназначенный для пропаганды идей, эмоционального воздействия, побуждающий к политической активности. [Чудинов, 2006:32]. С точки зрения речевого воздействия не только точно подобранная аргументация имеет значение, но и ее яркое выражение. Инструментом речевой манипуляции становится особое использование субъектом манипулирования всего многообразия средств языка с целью управления восприятием действительности массовой аудиторией.
 
Ключевыми понятиями для языкового выражения сегодня признаются понятия изобразительности и выразительности. Изобразительностью называется такое качество речи, которое делает ее наглядной, то есть задействует не только понятийную, но и образную информацию (зрительную, слуховую, обонятельную, вкусовую, тактильную). Изобразительная речь быстрее воспринимается, находит более глубокий эмоциональный отклик, теснее связана с оценочностью и лучше сохраняется в памяти. «Под выразительностью речи понимают способность речи привлекать к себе внимание и удерживать его». [Хазагеров, 2002:85] Целью усиления выразительности является в первую очередь заострения внимания слушающего или читающего. В большом количестве информации в современном обществе нужно выделяться, чтобы заинтересовать адресата. Так же усиление выразительности речи расставляет в тексте акценты, что помогает лучше его усвоить и, если это публичное обращение, помогает говорящему манипулировать аудиторией в свою пользу.
 
Язык располагает специальными средствами усиления изобразительности и выразительности. Это словесные фигуры речи, которые в свою очередь делятся на тропы и фигуры в узком смысле слова. «Изобразительность речи усиливается либо фигурами, делающими ясными эмоции говорящего, либо тропами, делающими ясными сам предмет». [Хазагеров, 2002:116]
 
Тропы и фигуры – это намеренное отклонение от обыденного стандартного языка с целью привлечь внимание, заставить задуматься и глубже увидеть смысл, почувствовать образ. Если под тропами понимается употребление слов или словосочетаний в переносном значении, то фигуры относятся к области синтаксической организации речи. «Сегодня фигуру определяют как необычайный, особый оборот речи, придающий выразительности и изобразительность». [Хазагеров, 2004:89] Это может проявляться на всех уровнях языка: фонетическом, морфемном, синтаксическом. К их числу относят всевозможные повторы, пропуски, синтаксический параллелизм, перестановки слов, риторический вопрос и др. Существует достаточно много классификаций фигур, мы придерживаемся теории Хазагерова, который делит все фигуры на три большие группы: фигуры прибавления, фигуры убавления, фигуры размещения.
 
Фигуры прибавления представляют собой повторы различных единиц речи: служебных слов, морфем, полнозначных слов, синтаксических позиций. Их основная функция – это демонстрация сильного длящегося чувства. Это, например, анафора, эпифора, многосоюзие, повторы слов, расположенные как симметрично, так и произвольно. Зачастую этот прием используется в лозунгах, рекламных слоганах.
 
Фигура убавления напротив основана на пропуске каких- либо единиц.
 
Этот прием добавляет ощущения решительности говорящего, придает энергичность. Часто используется в лозунгах, газетных заголовках. Например, эллипсис (пропуск элементов внутри предложения, чаще всего сказуемого), внезапный обрыв высказывания, бессоюзие (пропуск союзов при перечислении).
 
Фигуры размещения построены на нарушении привычного ряда следования элементов или расположении их на дистанции, что тоже не свойственно речи. Обычно такой прием свидетельствует о колебании, изменении настроения говорящего. К фигурам размещения относят инверсию, парцелляцию, парентезу. Так же выделяют фонетические фигуры размещения: аллитерацию (повтор согласных звуков) и ассонанс (повтор гласных звуков).
 
Другое специальное средство выразительности речи – это троп. «Троп – это необычайное употребление одного слова, образное его использование, которое способно служить украшением речи; прямое значение в подобных случаях становится фоном, оттеняющим специфику нового употребления и одновременно помогающим его понять». [Чудинов, 2006:107] В литературоведении тропы называются мертвыми или стершимися. Это подчеркивает, что они не творятся заново, а уже заложены в языке. В риторике тропы составляют мозаику речи, которая отражает понятийную картину мира.
 
Речевые тропы со временем могут войти в язык. Употребленные однажды авторские обороты речи подхватываются и входят в активное словооупотребление, дополняя словарь. Так многие политические устойчивые выражения, реалии, термины изначально были словестной авторской игрой. Сейчас они задержались в языке и стали общеупотребительными и общепризнанными терминами: «железный занавес», «политическая арена», «законодательная вермишель», «ветвь власти», «перестройка», и многие другие.
 
Наиболее яркими тропами являются метафора, метонимия, олицетворение, эпитет.
 
Все тропы построены на основе ассоциации, образа. Наиболее часто в риторических текстах употребляется метафора, которая основана на ассоциации по сходству. Это неназванное сравнение одного предмета с другим на основании их общего признака. Олицетворение принято считать разновидностью метафоры. Оно построено на перенесении человеческих черт на предметы и явления неживой природы. «Верю, что судьба российского парламентаризма сложится успешно». (Ельцин Б.Н. 1994)
Метонимия так же близка к метафоре. В основе метонимии лежит сходство по смежности, например, уподобление государства кораблю. Но она не привносит в ситуацию новых смыслов, не используется в языке для обогащения семантики. Так же метонимия в отличие от метафоры не концептуализирует действительность. Она только называет уже готовые смыслы.
 
Эпитетом называют художественное определение, которое подчеркивает какое-нибудь отличительное качество предмета. «Здесь произнесены выразительные речи, горячие, страстные, различающиеся в оттенке, но как в громадном фокусе, соединяющиеся в одном вопле, в одном крике». (Родичев Тверская губ.)
 
Исследователи современной политической коммуникации отмечают, что выразительность политической речи возрастает. В советское время главной задачей политической коммуникации была точность передачи фактов, т.е. «политическая правильность» текста. Сейчас на первый план выходит эмоциональность и выразительность речи. Приветствуется языковая игра слов, индивидуальность стиля, формы, неожиданные способы выражения мысли.
 
Итак, вопрос о статусе политического языка остается дискуссионным, но несомненно, что построение политической речи подчинено определенным законам. Так же политический язык является не просто средством и эффективным инструментом политики, но и основным условием ее существования. Изобразительность и выразительность – это основные качества политической речи. Главными языковыми средствами являются тропы и фигуры, которые активно употребляются в речи политических деятелей. Они помогают сделать ее неповторимой, яркой. Так же они являются языковыми средствами манипуляции.
 

Метафора в политическом тексте

 
Интерес к метафоре возрастает. Она является предметом и инструментом исследования вопросов взаимодействия языка, мышления, культуры и социального развития общества. Но прежде всего это языковое явление, хотя оно привлекает не только лингвистов и литературоведов, но и психологов, психоаналитиков, логиков, философов и др. Явление метафоры интенсивно исследуется в науке, рассматривается с разных сторон, но в целом, осталось много нерешенных и выдвинутых на обсуждение вопросов.
В каждое время метафору понимали по-разному. Каждое новое направление предлагает свое ос мысление сущности и свои представления о функциях метафор, типов метафор и метафорических моделей.
 
Аристотель один из первых в трактате «Поэтика» описал метафору «как способ переосмысления значения слова на основании сходства». [Скляревская, 2004: 8] «Создавать хорошие метафоры, значит подмечать сходство». [Аристотель, 1927: 70] Аристотелем была предложена классификация метафоры, которая не теряет актуальности и сейчас. Это, например, семантические стяжения, метонимия, синекдоха, метафоры, основанные на пропорции. Сам Аристотель выделяет группу метафор, основанных на пропорции. Однако, все суждения Аристотеля, по поводу метафор связны с риторикой, поэтому для него важно значение метафоры в индивидуальной речи. Он рассуждает о метафоре как о фигуре речи, способе ее «украшения» и воздействия на адресата. Именно античный взгляд на метафору дал ХХ веку взглянуть на нее как на явления неотъемлемого от языка, т.е. необходимого для коммуникации.
 
С развитием науки меняется и взгляд на явление метафоры. Н. Хомский и Л.Н. Мурзин представители генеративистики понимали метафору как взаимодействие двух базисных структур, изучая «собственно языковые» закономерности метафоризации.
 
Для ХХ века особенно актуально понимание метафоры как средства познания и объяснения действительности. Современный подход утверждает, что «человек не только выражает свои мысли при помощи метафор, но и мыслит метафорами, познает при помощи метафор тот мир, в котором он живет, а также стремится в процессе коммуникативной деятельности преобразовать существующую в сознании адресата языковую картину мира».[Чудинов, 2006: 122] Такой подход к метафоре используют в своих работах Дж. Лакофф, А.Н. Баранов, Е.С. Кубрякова и др. Теория концептуальной метафоры в рамках когнитивной лингвистики зародилась в США и активно формируется в России.
 
Вместе с тем многие исследователи считали, что метафоричность речи мешает ее ясности и точности.
 
Так же с развитием экономики и политики, смене политических режимов и просто развития общества появились новые слова, которых не было во время первой Госдумы. Из европейских языков хлынул большой поток иноязычной лексики и терминологии, касающейся политики, экономики, культуры и др. Появились новые реалии, которых не было до недавнего времени. Например, Оразвернутой метафоре Ее роль в тексте «способность обеспечивать связанность и целостность текста, она усиливает эстетическую значимость и прагматический потенциал текста, акцентирует его смысловое и эмоциональное единство». [Чудинов 2006:149]
 
Анализ метафорических выражений на примере стенограмм заседаний Государственной Думы 1906года – и стенограмм заседаний Государственной Думы с 1994 года – 2013годы.
 
В данной работе мы анализируем метафорические выражения, которые встречаются в стенограммах заседаний Государственной Думы. Мы выбрали для анализа именно тексты стенограмм заседаний Государственной Думы, т.к. сам по себе – это избирательный орган, поэтому его существование ограничено демократическим строем. В первой главе нашей работы мы выяснили, что наибольшую силу и необходимость риторика и, следовательно, политическая лингвистика приобретают в условиях демократии, поэтому мы предполагаем, что изучать этот материал с точки зрения анализа его языка будет наиболее продуктивным. Учитывая то, что это избирательный орган и стать членом Государственной Думы может гражданин любого сословия, достигший 21 летнего возраста, увеличивается языковое разнообразие выступающих. Так же в таком органе как Госдума оратору легче проявить свои умения, т.к. заседания ориентированы на диалог, обмен мнениями. При таком большом разнообразии взглядов говорящему нужно выделятся и уметь склонить публику на свою сторону. На таком материале, нам кажется, наше исследование будет наиболее продуктивным.
 
Выбрав стенограммы заседаний Государственных Дум 1906 года и 1994- 2013, мы решили проследить, изменился ли набор метафор и частотность их употребления в публичных обращения руководителей, повлияло ли время на набор метафорических выражений в одном политическом органе управления, изменилась ли языковая картина политического мира.
 
Мы придерживаемся точки зрения Э.В. Будаева, А.П. Чудинова, Ю.В. Рождественского, А.И. Смирницкого и др. о том, что политический язык непосредственно связан с историей государства, поэтому решили найти доказательства в текстах стенограмм Госдумы.
 
В данной работе мы опираемся на работы ведущих отечественных лингвистов, изучающих вопросы политической метафорологии, такие как Э.В.Будаев, А.П.Чудинов, Г.Г.Хазагеров, А.А.Романов, И.М. Кобозева, Г.Н.Скляревская и других. А так же на работы зарубежных исследователей: М. Блэка, Д.Дэвидсона, Э. МакКормака, А. Вежбицкой, П.Рикер, Дж. Лакофф и другие. И исследуем метафору в рамках когнитивно – лингвистической теории, где метафора понимается не только как языковое средство, но и способ концептуализации действительности.
 
При отборе и анализе метафорических выражений мы ориентировались на А.П. Квятковского «Поэтический словарь»: «Метафорическим слово или выражение становится тогда, когда оно употребляется не в прямом, автологическом, а в переносном значении. В основе метафоры лежит неназванное сравнение предмета с каким-либо другим предметом на основании признака, общего для обоих сопоставляемых членов» [эл. ресурс. URL: http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..].
 
Первая Государственная Дума просуществовала около 3-ех месяцев: с 27 апреля по 9 июля 1906 года. Госдуму составили 524 депутата. Стать членом Госдумы мог любой гражданин, кроме женщин, военнослужащих и ряда национальных меньшинств. К предмету ведения Госдумы отнесены законодательные предложения, требовавшие законодательных законов и штатов, их изменение, дополнение, ведение расходов, постройка железных дорог и т.д. Госдума могла обращаться к министрам по поводу разъяснения их действий, которые она сочтет незаконными. Но в перерывах между заседаниями законодательные функции передавались императору.
 
Современная Госдума существует с 1994 года по настоящее время, насчитывает 42 сессии по две в год. Мы решили разделить период существования современной Госдумы на три периода. Это, прежде всего, обусловлено политической ситуацией в стране.
1.1994 – 2000.
2.2000 – 2008.
3.2008 – 2013.
 
Первой и современную Госдуму разделяют 88 лет. За это время многое изменилось в истории страны. Тяжелый и неустойчивый ХХ век дал людям уроки выживания: революции, войны, нестабильные 90ые годы. Установился демократический строй, что изменило психологию и мировосприятие. Веру уничтожили и сделали постыдной. Появились СМИ и интернет. Все это диктует новый образ жизни и мироощущения современного гражданина, и мы надеемся найти эти доказательство в языке политики.
Но в целом, Государственная Дума в рамках законодательного органа не претерпела серьезных изменений. Так, например, были сняты ограничения на выбор членов в Госдуму. Сейчас женщины, представители национальных меньшинств являются активными членами Госдумы. Это обусловлено временем и ориентацией России на западные традиции, где утверждено толерантное отношение к любым национальностям и религиям, где женщина имеет равные права наряду с мужчинами.
 
Распределяя метафоры по группам, мы ориентируемся на классификацию Э.В.Будаева, А.П.Чудинова, а так же на работы западных исследователей по политическому моделированию: П. Друлак, В. Даниель, Санта Ана Отто и других.
 
Проанализировав все доступные тексты стенограмм первой Государственной Думы, мы выделили 20 сфер – источников метафорической экспансии, не считая неполитические метафоры, которые встречались в речи политиков. Насилие, обновление, народ, религия, власть, стихия, театр, передвижение, история, посев, закон, строительство, замалчивание, враг, болезнь, единство, разложение, семья, работа Государственной Думы.
 
I.Антропоморфная метафора.
Религия.
Большое место в системе метафор в стенограммах первой Госдумы занимают метафоры связанные с религией. Связь с Богом еще не прервана, не поругана и не является преступлением отсюда такое разнообразие и количество метафор на религиозную тему. Это проглядывается даже в едва заметных деталях.
 
Зачастую оратор начинает свою речь с просьбы «благословить» членов Госдумы и их работу. У православных принято любое дело начинать с благословения, ведь, если дело одобрено Богом, то оно благое, а значит пойдет на пользу. Поэтому на открытии заседания Госдумы часто звучали слова:
Председатель. Его высочество Князь Черногорский: «Да благословит Всевышний начало ваших трудов на пользу отечества, они сохранят ему ту силу и благоденствие, которыми Россия славилась веками. Да здравствует ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ ВТОРОЙ, великодушно даровавший новый правопорядок. Да здравствует Россия, исконная покровительница славянства и православия». Председатель Его высочество Князь Черногорский.
 
«Да благословит Господь дела рук членов первой Думы на благо и счастье всех граждан возрождающейся к новой жизни Российской Империи и да исполнится завет Пророка: «пусть как вода течет суд, и правда, как сильный поток».
 
«…Да будет благословен их труд на благо и на счастье родины, да послужит труд животворною силою, которая создаст новый строй великой обновленной и свободной России». (Так начинается приветствие о города Москвы).
 
Приветствие из Киева: «Граждане Древней Столицы Русской Земли, молитвенно призвав Божие благословение, приветствуют Государственную Думу с началом ее деятельности…»
 
Мы видим, что во всех случаях употреблена форма повелительного (желательного) наклонения: частица да и глагол в форме простого будущего времени. «Да будет, да благословит, да здравствует, да исполнится»; «Всепрощение да послужит залогом того, что в начавшейся работе Монарх пойдет рука об руку с народом» Эта форма сейчас активно не употребляется. Она ассоциативно отсылает нас к «Иисусовой молитве», которая вся состоит из глаголов в форме повелительного (желательного) наклонения.
В текстах первой Госдумы эта форма употребляется достаточно часто и закономерно. В тех случаях, где просится благословение Божие, Его попечение и помощь, что очень по форме напоминает просьбы в молитве «Отче наш».
 
Отсюда и мысль о том, что работа членов Госдумы – это святое дело, благословленное Богом, поэтому те, кто им мешает или встает на их пути, приравниваются к безбожникам, осквернителям святынь. «Пусть ничья святотатственная рука не дерзнет посягнуть на правильное течение умиротворяющего труда избранников русского народа, вверившего им свои судьбы».
 
Так же характерна и развернутая религиозная метафора. «Я вам напомню. Господа, что один из первых апостолов христианства – апостол Петр – она был преступником против общего права, он отсек ухо, преступление не политическое, но оно было совершено во имя любви, и во имя этой любви все подобные преступники должны быть прощены, хотя бы люди, сделавшие их, не обладали чистотой апостола». Это было произнесено Родичевым (Тверская губерния) на втором заседании первой Госдумы.
На этом заседании основной темой была тема амнистии. Члены Госдумы считали, что нельзя начинать новую работу не исправив старые ошибки, поэтому они хотели просить у Императора простить всех заключенных, которые находились под арестом за политические преступления. Поэтому все ораторы затрагивали тему амнистии.
«Возьмите на себя почин и щедрою рукой дайте всепрощение…».
 
«Милость широка, и прощение награждается народным чувством только тогда, когда оно всеобщее. Забудьте только одного и вам забудут всех прощенных».
 
«Если их можно наказать – то можно наказать одним прощением, это – единственная казнь, допускаемая за преступления по политическим мотивам после того, как страна обновилась, и это всепрощение да послужит залогом того, что в начавшейся работе Монарх пойдет рука об руку с народом».
 
Просить «прощения» для политических заключенных, это вполне в духе христианства. Мышление еще в русле христианского учения, когда Любовь и Прощение – всегда сильнее, чем наказание и мщение.
 
Депутаты призывают помнить, что их работа должна обеспечить мир в стране, характерно, что используется ветхозаветный образ: «Мы должны помнить, что мы пришли сюда по трупам, пришли с ветвью мира, но пришли скорбною стезею». Это отсылает нас к библейской истории о потопе, после которого Ной отправил голубя узнать, есть ли суша. Ветвь, которую принес голубь, - это образ примирения человека с Богом. Депутаты ощущают себя инструментом примирения народа и власти.
 
Так же часто употребляются церковнославянизмы: «стезя», «заблудшие». В контексте их исконное значение переосмысляется и становится неоднозначным. «Заблудшие» - воспринимаются уже не как преступники, а, как в притче о блудном сыне, сын свернул с правильного пути, но вернулся и Отец его простил и принял. Так же и депутаты, употребляя церковнославянское слово «заблудший» вкладывают в него именно значение «оступился», но его нужно простить и понять, ведь у каждого есть грехи. «Мы людей судим, что они виноваты, что они заблудились». «Здесь говорили о том, что нужно простить заблудших». В некоторых местах политические преступники называются мучениками, что вообще говорит о том, что депутаты считают их невинно наказанными. «Они не приступят к созидательной работе, не выпустив тех мучеников, которые стонут в тюрьмах».
 
Но не обошлось и без критики и очернения церкви. «В церкви – господа полицейские в рясах, называемые наместниками Христа». Все это свидетельствует о том, что тяжелые времена заставили людей сомневаться в каждом человеке. Везде шпионы, которые докладывают о каждом действии граждан. Нет исключения и для церкви. Прикрываясь церковным саном доносят на прихожан, произносят в церкви проповеди за смертную казнь и погромы. «Но он не друг и не брат Христа, он друг и брат хищников».
 
«Но я скажу о физиономии этой миссионерской церкви, именуемой в народе «хулиганской». Это было сказано о Грузинской миссионерской церкви во главе с протоиереем Городцовым. В своей речи Ромишвили представитель Кутаисской губернии утверждал, что она ведет пропаганду «натравливая одну национальность на другую, поднимает братоубийственную войну». Далее он приводит примеры их агитаций и нападений на беззащитных. «Миссионеры служили в церкви своему богу - полиции и администрации, и этому богу возносили хвалу, а наместник Кавказа с благодарностью за особый героизм послал свой портрет юнкерам, резавшим гимназистов!»
 
Все это ставит под сомнение церковь и ее деятельность. Но ни одна война, волнение в стране не могут пройти без черной пропаганды и агитации. Если отнять у людей способность верить, любить и надеяться, что в основе своей предлагает христианство, то можно взять их под свой контроль.
 
Для периода с 1994 по 1999 годы тема религии не характерна. Если и встречаются метафоры на данную тему, то они достаточно формальны. Но мы ведь планировали отчет о ходе приватизации, и мы бы хотели от господина Коха услышать исповедь на заданную тему. (Решульский С.Н. 1997) Исповедь – это одно из таинств церковной жизни, оно никогда не проходит публично. Главная задача исповеди – раскаяние в грехах, за которое Господь дарует прощение. Здесь употреблено просто в значении «облегчить душу, рассказать все, как на духу».
 
Болезнь.
Для 1906 года эта тема не характерна. Нами было найдено только 2 метафоры. В основе этой темы лежат обыденные представления человека о мире, отражающие его опыт, накопленный поколениями. Болезнь – это нарушение нормальной жизнедеятельности организма и его способности постоянно адаптироваться к изменяющимся условиям. Метафора болезни свидетельствует о нарушения работоспособности или частичной утрате функций, органов Государства, которые поражены. Это активизирует подтему «государство – это живой организм».
 
Главной болезнью общества начала ХХ века стало «самовластие чиновников». «Страна сознала, что главною язвою всей нашей государственной жизни является самовластие чиновников». Их работа не приносит должных результатов и пагубно сказывается на общественной жизни. Она уподобляется «язве», одной из самых неприятных болезней, поражающих кожу, поэтому она очень заметна и приносит большие неудобства. Человека с язвой на теле обычно обходят стороной и стараются не контактировать. Так и «самовластие чиновников» влияет на разрушение живого организма – государство.
 
Так же была употреблена метафора болезни по отношению к общему состоянию страны: «Труд ваш призван принести измученной стране возрождение, исцелить ее раны». Труд членов Госдумы приравнивается к врачебному. Характерно, что «раны» употреблены во множественном числе, т.е. поражение страны носит массовый характер.
 
Количество метафор на данную тему возрастает в период 1994 по 2000 годы. Есть несколько развернутых метафор. В основном эта тема касается экономики. Она в упадке, тяжело больна. Одними из основных болезней экономики названы долларизация и приватизация. Основные неплатежи сегодня накопились в электроэнергетике. Вот тот тромб, который нас всех держит. (Шафраник Ю.К. 1996) Или: Надо и более реально оценивать долларизацию российской экономики. Эту болезнь сразу также не одолеть. Однако введение валютного коридора, последовательное, но не форсированное снижение покупательной способности доллара в России - это также начало оздоровительного процесса, начало становления устойчивой национальной валюты - рубля, перехода России к действительно суверенной денежной политике, независимой от влияния федеральной резервной системы Соединенных Штатов Америки или банков других стран. (Черномырдин В.С. 1995)
 
Посев.
По наблюдениям А.Н. Баранова для общественного сознания дореволюционной эпохи был характерен органический способ мышления. Человек был связан с землей, а учитывая, что в составе Госдумы было немало людей «из народа», то выбор метафор обусловлен их сферой понимания. То, что ближе – легче метафоризировать.
Часто подобная метафора употребляется в значении «поверхности». «Они почувствовали шаткость своей почвы и отвечали только для того, чтобы скорее отвязаться от ненавистных вопросов». «Теперь нам надо стать на практическую почву и выяснить себе, что далее предпринять».
 
Видим, что слово «почва» употреблено в значении «поверхность», но в зависимости от адъектива меняет свою окраску. Метафора «шаткость почвы» указывает на то, что группа лиц утратила свою былую силу и уже сомневается в правильности своих действиях. А прилагательное «практическая» во втором случае придает значение уверенности, твердости, настоящего ощущения. Практическая деятельность обычно подтверждает или отрицает правильность суждения. Поэтому «встать на практическую почву» значит выбрать курс движения политики не теоретически, а, уже, основываясь на опыте практически и уверенно действовать.
 
Так же в рамках этой метафоры неживые организмы переосмысляются и становятся живыми. Например, «Рядом с укоренением начала ответственности администрации». Абстрактное существительное «ответственность» олицетворяется и становится живым организмом, который имеет корни. В метафорическом значении «укоренение» означает укрепление, упрочнение.
 
Наиболее частотной в этой группе метафор стала тема «урожая». «Делают невозможной истинно плодотворную работу, направленную к возрождению лучших сил страны». Так же: «до тех пор посев ненависти будет давать свои всходы, и приносить свои плоды». Еще: «Семена, брошенные на ниву освобождения страдальцами и мучениками за благо народа, будут взлелеяны и с непоколебимою твердостью взращены на счастье и процветание Родины».
 
«Плодотворная работа», «приносить плоды» являются частыми метафорами даже в обыденной речи. Они наглядно показывают, что одно маленькое действие (в данном случае семечко) может привести к масштабному результату как положительному, так и отрицательному (плоды). Например, одно маленькое семечко подсолнуха сможет принести сразу сотню новых. В последней метафоре усиливается значение плодотворности действия. «Семена брошены на ниву освобождения», т.е. благодатную почву не пропадут, а напротив будут усиленно плодоносить, что является залогом успеха работы.
 
Для периода 1994 по 2000 годы эта тема метафорической экспансии употребляется очень редко. В основном это общеупотребительные метафоры. «Решение назрело уже давно и прямо вытекает из духа и буквы ряда указов и указаний Президента». (Черномырдин В.С. 1995) Или: «Заканчивая свое выступление, я хочу подчеркнуть, что необходимость решения перечисленных мною проблем на уровне Правительства и Государственной Думы остро назрела». (Максимов В.Н. 1995) «Решение назрело», «проблема назрела», т.е. стала очевидной, актуальной, болезненной.
 
«В чем коренная причина такой политики Правительства и какой выход из порочного круга оно предлагает?» (Шафраник Ю.К. 1996) «Коренная причина», т.е. основополагающая. Никакое растение без корней выжить не может.
 
Семья.
В текстах первой Государственной Думы тема семьи не распространена.
«Говорят, что где-то здесь сидит один наместник Христа, который у царя и у Бога просит для русского народа смертной казни! Просит смертной казни наместник Христа! Но он не друг и не брат Христа, он друг и брат хищников». Эта метафора косно связана с темой театра, подмены. Наместник Христа, т.е. его представитель на земле, по определению не может просить смертной казни, т.к. это большой грех. Но как было нами отмечено ранее, большую роль сыграла «черная» пропаганда. Распространенная метафора актуализирует сразу несколько сфер: «подмена», «черный пиар», «христианская добродетель». Все, кто против Христа однозначно исключаются из христианской общины, семьи.
 
Другая метафора, касающаяся данной темы в текстах стенограмм первой Думы, отражает отношения между Государствами. «Эта исстрадавшаяся Гурия пришла к своей старшей сестре искать помощи и защиты от дикарей». Россия представлена как старшая сестра, которая умнее, опытнее и всегда сможет защитить. Родственные отношения превыше всего. Слабые защищаются независимо от того правы они или нет, это происходит интуитивно.
 
«…и сопровождает действия ваши горячим пожеланием, чтобы единодушной, мудрой и просвещенной вашей работой построен был фундамент нового возрождения и расцвета всего народа русского к дальнейшей чести и славе Руси и Славянства и на страх всем врагам». Слово «Русь» часто употребляется по отношению к православной России, «Русь, она православная, святая». Под «Славянством» понимаются все славянские народы, родные по своему происхождению. Только когда мы едины, мы можем составить конкуренцию нашим врагам и быть сильными. Здесь можно видеть, что автор метафоры усиливает ее эффект за счет того, что удваивает значимость единства. Русь и Славянство -это обращение к своим корням, только строя новое на «фундаменте» старого, проверенного приведет к успехам. Наша сила в единстве нашей «семьи», в нашей вере и памяти о предках.
 
В высокий знаменательный день вступления великой России в семью конституционных государств молитвенно приветствую Государственную Думу от имени своего и Церкви и всего народа Армянского, неразрывными узами связавших свою судьбу с великим Русским народом (Верховный патриарх Католикос всех армян). Россия сильная держава, поэтому небольшие страны хотят и им выгодно связывать свои дела с ней. В советскую эпоху появились разные модели по которым идет сравнение «родственник- не родственник». Например, как здесь по наличии в странах конституции, как верховного документа, регламентирующего все сферы жизни общества.
 
Тема семьи в период 1994-2000 годы практически не затрагивается. Она метафорически переосмысляется по отношению к компаниям, бизнесу. Меняются ценности. Все перечисленные мной предприятия являются дочерними компаниями этого РАО…(Кох А.Р. 1996)
 
Передвижение.
Тема передвижения тесно связана с темой обновления, т.к. движение обычно бывает вперед и имеет положительные результаты. В текстах стенограмм первой Госдумы нами было найдено 8 метафор, построенных по данной модели, больше половины из них были связаны с темой обновления. «Каждый шаг, вами сделанный по новому пути, каждая высказанная в ваших собраниях мысль немедленно сделается достоянием всего народа». Или: «Приветствуем в лице вас открытие первого русского парламента как прочного пути обновления России». Слово «Путь» употреблено в значении «место, линия в пространстве, где происходит передвижение». В таком же значении только с отрицательно коннотацией: «А тот ужас, который и мирных совершенно жителей способен толкать на путь революции».
 
Так же данная модель применяется для изображения путь – это дело. Каждый шаг приближает к цели. «Первым шагом на этом пути должно являться обеспечение наемным рабочим…самодеятельности…». «Это первый шаг, поле которого необходимо приступить Думе к обсуждению казачьего вопроса».
Тема передвижения со сменой эпох не претерпевает изменений. Все так же активно эта тема подвергается метафорической экспансии и семы существенно не изменяются. Прибавляется сема: путь как развитие: Это отдельная тема и требует отдельного разговора о путях реформы. (Шафраник Ю.К. 1996)
 
II.Природоморфная метафора.
Разложение.
Эта тема метафоры не характерна для 1906 года. Нами была найдена всего одна метафора по данной модели. «Крестьяне и вообще политические преступники – это продукт брожения». Процесс брожения изменяет первоначальные свойства организма, как в положительную, так и в отрицательную стороны. Некоторые продукты не могут получиться без процесса брожения, например, спирт или тесто. Для других продуктов этот процесс приносит ущерб, в результате которого они становятся непригодными к употреблению. Как положительный, так и отрицательный эффекты достигаются при попадании микроорганизмов, которые провоцируют процесс. Общество – это продукт жизнедеятельности граждан, который должен сохраняются от порчи. «Крестьяне и политические преступники» представляют собой микроорганизмы, провоцирующие процесс разложения, порчу общества.
 
Стихия.
Такой метафорической моделей обычно представлена революция. Слово «стихия» не имеет однозначно отрицательной коннотации. С одной стороны она носит разрушительный характер, капризна, не зависит от человеческих законов, опасна. С другой стороны она помогает быстро избавиться от мусора, который давно уже стоило убрать.
 
Революция – это социальная стихия. Она часто оправдывается, т.к. вспоминается аспект независимости стихии от человеческого фактора. «Крестьяне были вовлечены в поток революционного движения». «Нельзя судить крестьянство за то, что оно волной движения было охвачено и брошено в волны революции». В первом случае глагол употреблен в неопределенно-личной форме «вовлечены», а во втором – в безличной «было охвачено», что отражает непонимание крестьян во включенность действий. Характерно, что именно такая модель построения метафоры употребляется относительно крестьян, как класса наиболее подверженному агитации.
 
Так подчеркивается разрушительный характер революции. «И долго еще после этих черных октябрьских дней мы слышали раскаты этого урагана». Любая разрушительная сила оставляет после себя много отрицательных последствий. Сам «ураган» уже закончился, но «раскаты» еще слышны, т.е. последствия не дают забыть происшедшее. Даже страдания людей носят стихийный характер. «Волны слез, волны крови, вихри воплей человеческих, которые пролились со всех сторон».
 
Ситуация в стране тоже представляется природными катаклизмами. «Это какое-то болото, в которое мы заехали и никак не можем из него выйти». «Оно вталкивает армию в темный водоворот позорных авантюр». Возможно, потому, что эти явления невозможно объяснить. Попав в «болото» или «водоворот» практически невозможно выбраться.
Так же в рамках метафоры стихии представлена тема амнистии. «Святое слово «амнистия» было произнесено, но такое святое слово, как «амнистия» может часто оказаться бездной, пропастью, которую мы никогда не наполним, сколько бы мы не наполняли нашими желаниями и нашими стремлениями». Она уподобляется пропасти. Отчасти это пророческая метафора, т.к. в результате амнистии, выпущенные преступники, спровоцировали дальнейшее развитие революционных действий. Поэтому амнистия действительно оказалась пропастью, в которую на полвека упала страна, были убиты сотни тысяч человек. Эту пропасть нам, действительно, ничем не наполнить.
Метафора стихии переосмысляется в период с 1994 по 2000 годы. Стихийный характер приобретает экономика. «Однако в сентябре прошлого года произошел взрыв - уже ставший традиционным осенний всплеск цен, когда инфляция удвоилась против 4 процентов в предшествующем месяце». (Черномырдин В.С. 1995) Рост цен сравнивается со взрывом, всплеском, т.е. происходит неожиданно и приносит тяжелые последствия.
 
III.Социоморфная метафора.
Насилие.
Самой многочисленной темой в текстах 1906 года подвергшейся метафорической экспансии стала тема насилия. Это неудивительно, потому что 1905 год стал началом тяжелых лет в истории страны. Всех депутатов волнует вопрос, касающийся политических заключенных и темы кровавого 1905 года. Поэтому образ крови возникает очень часто: «Реку освободительного движения наше правительство хочет заполнить трупами, окрасить невинной кровью»; «польется больше крови»; «города и местечки были залиты кровью»; «море крови, в которой приходится купаться гражданам русской земли» и др. Депутаты призывают помнить, что создание Госдумы обязано этими кровавыми событиями: «Господа, мы должны помнить, что мы пришли сюда по трупам». Николаем II была сделана попытка ограничить свою монархическую власть в пользу народа, теперь Император не мог внедрить закон без одобрения Госдумы. Пункт №3 Манифеста 17 октября 1905 года: «Установить как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной Думы и чтобы выборным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действий поставленных от нас властей». [http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..] Что приводит к и зарождению конституционных начал в стране.
 
Прошлое.
Члены Госдумы часто подчеркивают, что их работа не является продолжением прошлого, его укрепления. Наоборот, они резко противопоставляют себя старой традиции и считают, что лишь их «новый путь» даст России новые возможности и обновление. «Когда страна охвачена порывом обновления, когда страна жаждет успокоиться – прошлое должно быть стерто начисто». «Поскорее развяжите нас с царством конца, - и я думаю, что, потребовав права, чтобы выпустить людей на свободу, мы тем самым пожелаем, чтобы кануло в вечность это царство конца». Страна качественно изменилась, поэтому в ней нет места старым устоям. Прошлое называется «царством конца», местом, в котором нет ничего живого и естественного, где нет справедливости, свободы и прав. Для «новой России» нужны новые идеалы: свобода слова, закон, справедливость. Уверенны, что смогут построить страну, где каждый будет имеет право голоса. Из этого складывается образ демократии. Она еще не установлена и поэтому идеализируется.
Сейчас «переломный период» для страны и нужно действовать кардинально, когда дело касается амнистии. «В минуту исторического перелома естественно говорить о забвении». Т.е. говорит, что стоит погрузиться в беспамятство и перестать помнить преступления, совершенные политическими заключенными, т.к. в первую очередь все хотят построить государство на основе прав и свобод, значение которых, как им кажется, умалялось ранее.
 
Депутаты подчеркивают, что сейчас наиболее благоприятный момент для перемен. Сама «история» хочет изменений и ее судьба в руках власти, которая может сделать ход. «Верховная власть счастлива: в сущности, история дается ей в руки, как не раз давалась».
 
В данной теме можно выделить подтему политика, которая начинает активно подвергаться метафорической экспансии, начиная с первого периода современной Госдумы (1999 по 2000 годы). В отличие от депутатов первой Госдумы депутаты говорят о преемственности политики и сохранении исторической памяти. «Бюджет и прежде всего основные принципы его построения, его философия - это преемственность в политике сохранения темпа перемен. Он нужен именно в этом году, иначе опять споткнемся и затопчем все то позитивное и разумное, что уже сделано». (Черномырдин В.С. 1995) А так же: «Позвольте выразить уверенность в том, что мы своими практическими делами неизменно будем верны исторической памяти, выраженной в словах: «Никто не забыт и ничто не забыто». (Куликов А.Д. 1996) Преемственность и память прошлого – это залог успешного Государства утверждают политики.
 
Театр.
Тема театра традиционна. «Специалисты отмечают, что истоки восприятия мира как театра восходят к Шекспиру, но возможно, театральная метафора имеет более древние корни». [Чудинов, 2006:188] В.В. Виноградов отметил, что речь политиков, как один из видов ораторской речи, является синкретическим жанром. «Она - одновременно и литературное произведение и сценическое представление» [Виноградов, 1980: 120].
 
По сравнению с употреблением метафоры театра в современных политических текстах с текстами 1906 года, можно утверждать, что она более активно функционирует в современной политической коммуникации. Для текстов 1906 года она характерна в значении «подмены», «переодевания». «Надо, чтобы с лицедеев, которые являются местными деятелями, была смыта охра, которою грубым образом закрашены их физиономии…публике они известны. Но надо приподнять маску». Еще: «В церкви – господа полицейские в рясах, называемые наместниками Христа, в роли шпионов и провокаторов, не стесняются произносить в церкви проповеди за смертную казнь».
В классицизме в литературе тема «переодевания» очень частотна, при чем, герой может надеть только другой плащ и не быть раскрытым на протяжении всей пьесы. Интересно, что именно классические произведения были основой репертуара театров долгое время. Но здесь делается акцент, что ничего не может скрыть переодетого актера: «публике они известны».
 
Так же стоит отметить, что вместо нейтрального слова «актер» употреблено «лицедей», что более точно отражает отношение говорящего к проблеме. Оно имеет отрицательную коннотацию «притворщик». Это отражает и недоверчивое отношение к власти. Если все «играют на публику», кому тогда верить.
Тема театра употребляется и относительно темы политика – сцена, арена. «…когда, наконец, весь состав и старого и нового кабинетов уберется со сцены». «История обрекла их на гибель; не спастись им, и они скоро сойдут со сцены». Автоматически все политические деятели становятся участниками театральной жизни.
Не характерно употреблена тема роли в значении «ответственности». «В глубоком сознании всей важности исторического момента, переживаемого Россиею, и тяжести роли, выпавшей на долю первых членов Государственной Думы». А так же: «Она приняла на себя роль определять качества революционеров». Каждая новая роль, накладывает отпечаток на самого актера, он изменяется под ее влиянием. Ответственность актера – исполнять свою роль с достоинством и попытаться не поменяться под ее влиянием и самому не привнести в нее лишнее.
 
Основной метафорической моделью в рамках темы театра для первого периода современной Госдумы стала метафора роли. «Здесь наряду с другими причинами сыграла свою роль продажа предприятий с многократно заниженной стоимостью». (Ганеев М.Ф. 1997) «…ведущую роль сегодня играет собственность на деньги». (Ганеев М.Ф. 1997) Однако такая модель не является авторской.
 
Политика осмысляется и как театр кукл. «Явно кто-то хочет в лице каких-то кукловодов либо Адриан Георгиевич хочет протащить этот закон быстрее, с тем, чтобы открыть дорогу разрушению федеративного государства так называемой теорией бюджетного федерализма». (Вишняков В.Г. 1997) Кукловода обычно не видно за ширмой, но он один может управлять сразу несколькими персонажами. Поэтому здесь присутствует сема «управления, навязывания своих интересов и действий».
Появляется и сема «политика – арена театра». «С переходом к развитию постиндустриального общества на общественную арену выходит новый субъект производственных отношений интеллигенция». (Ганеев М.Ф. 1997)
 
Криминал.
Тема криминала не подвергалась метафорической экспансии в дореволюционных текстах. Эта тема появляется в первый период современной Госдумы. Зачастую эта тема связана с экономикой: «Под прикрытием слов об экономических реформах и приватизации осуществлен великий передел массовая стихийная криминальная экспроприация национального достояния». (Романов П.В, 1997) Причем она носит стихийный характер, т.е. разрушающий и непредсказуемый.
 
Так же эта тема затрагивает и закон: «В нее была заложена мина замедленного действия, и в качестве ее выступил закон первоначального накопления капитала, то есть закон грабежа, вытекающий из примата частной собственности на средства производства, в то время как в современной экономике четко определилась в качестве ведущей собственность на деньги». (Ганеев М.Ф. 1997) Отсюда видно, что закон о приватизации разрешил легально людям с большим достатком иметь под своим контролем еще больше корпораций и собственности. Поэтому этот закон Ганеевым назван «законом грабежа».
 
Закон, строй.
События начала ХХ века задали основу для метафоры, связанной с темой закона и строя. Эта тема тесно связана с метафорой обновления. Изменение порядка в стране ведет к становлению новых законов и критике старого «несостоявшегося» режима. «Тот строй, который восстанавливает брата на брата, детей на отца». «Этот строй вооружал одни слои против других». Мы видим, что обсуждается политика предыдущих лет и депутаты утверждают, что она носила националистический характер. «Строй» олицетворяется и становится живым субъектом действия, т.е. происходит отстранение человеческого фактора. Все зло сотворили не люди, а их вынудила ситуация.
«Полицейско – абсолютный строй рухнул навеки». Опять происходит олицетворение «строя». Характерно, что употреблен глагол «рухнуть». В словаре Даля дано следующее значение слова «рухнуть»: « Если что-либо рухнуло, то это означает, что какое-либо строение с шумом разрушилось на части».[ ] Интересно, что употреблено именно значение «крушения» строя, его полной и стремительной ликвидации. Члены Госдумы полностью уверены, что начинается новая жизнь, и старое уже не вернется никогда.
Для того чтобы этого действительно не произошло, нужно создать новый свод законов. «В этом вопросе, господа, между нами партий не должно быть; мы здесь, в самом деле, решаем судьбы закона». «Судьба закона» как самое необходимое для страны, его основа, поэтому решение этой проблемы является первостепенной задачей. Здесь не должно быть разногласий, их и так слишком много в сложившейся напряженной ситуации.
 
Замалчивание.
В начале ХХ века была сильна цензура. Она касалась всех сфер общественной жизни: «Тогда даже в суде защитникам и поверенным закрывали рот». Даже в такой правовой структуре не существовало демократических принципов организации.
 
Только Манифест 17 октября 1905 года ослабил ее. Пункт №1: «Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов». [http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..] Отсюда метафоры: «Первый раз в России родилась воля, свобода слова, свобода всего». В основе метафоры употреблен глагол «родиться», что ставит «волю, свободу слова» в один ряд с ребенком, которого долго вынашивали и ждали. Теперь главной задачей является его воспитание и сохранение от пагубных влияний.
 
С появлением в стране свободы слова, как считают члены Госдумы, прекратится искажение фактов. «А когда она проснется и увидит весь тот ужас, который ей заставляли делать, когда она узнает, что ее обманывали, что ее делали слепой, что ее вели с завязанными глазами, тогда горе будет этим насильникам и этим развратителям русского народа»! Незнание фактов – слепота. Слепой человек беспомощен и его действия контролируются кем-то. Народ хочет сам видеть и управлять своей жизнью.
 
Враг.
Наибольшее число метафор, касающейся данной темы, отражают отношение людей к евреям. Так уж повелось, что к евреям всегда сложное отношение. Поэтому, когда начались события 1905 года, евреи сразу же подверглись гонениям и оскорблениям. В них стали видеть угрозу для общества и государства. Считалось, что именное еврейство разжигает революцию. «Шереметева, эту грозу еврейского населения, этого опасного творца погромов, как они говорили». Они представлены как «кровопийцы», «крамольники», «жиды». «Мы – христиане, а не евреи – кровопийцы, вы кровь проливаете, а затем венки возлагаете». (Араканцев) Здесь использован прием противопоставления СВОЙ-ЧУЖОЙ основанный на религиозной принадлежности. Мы – христиане, мы правой веры и поэтому правы. «Поэтому борьба с еврейством есть борьба с крамолой, терзающей Родину».
 
Вместе с тем члены Госдумы призывают к толерантности. Люди уверенны в причастности евреев к революционным восстаниям, поэтому стали вершить самосуды. «Если по улицам проходил христианин, то он не был тронут, а лишь только появлялся еврей, в него летели пули». Араканцев рассказывает как хулиганы «топтали детей», убивали безоружных. «Это не были две воюющие стороны, а это была только охота вооруженных людей за безоружными». Именно «охота», что актуализирует подтему «евреи – животные», которых нужно истребить.
 
А правоохранительные органы в лице полиции бездействовали и допускали бесчинства, распускали слухи о причастности евреев к погромам и сами принимали участие в неправомерных действиях. «(полиция)…допускала убийства и зверства над евреями». Если в стране организация, которая защищает интересы граждан не зависимо от их национальной принадлежности ведет себя подобным образом, то доверия со стороны населения уже нет, она становится врагом. «Мы встретимся с этой полицией как с личным врагом, который будет нас преследовать за данное показание».
 
Единство.
Метафора единства тесно связана с темой народа. Трудно выделить модель построения метафоры единства. Эта метафора отражает общность общества, его цельность, сплоченность. « Охваченная единодушным порывом, страна громко заявила, что обновление жизни возможно лишь на основе свободы». Или: «И весь народ единодушным кликом восторга встретил эту весть». В обоих случаях для выражения общего согласия используется слово «единодушно», которое имеет положительную окраску и включает сему «искренно, с открытой душой». То есть единство народа было его самостоятельной искренней потребностью.
 
«У всех угнетенных получился только один голос, голоса слились в общий поток». Мы видим, что в данном примере метафора единства построена по модели природного мира. Все ручейки вливаются в большую реку. Она шумит и бурлит и в ней чувствуется сил. Так и с народным голосом.Если говорит один его не слышно, а когда «голоса слились в общий поток» народ приобретает силу, к его мнению прислушиваются. Значит, в единстве и есть сила народа.
 
Народ.
Нельзя провести четкой границы между метафорой единства и метафорой народа, т.к. метафора единства сама по себе подразумевает субъектом действия народ. «Мгновение, когда душа народа может раскрыться в одном порыве. Нужно не оттолкнуть его в эту минуту, не оттягивать ее. Сколько раз уже этот порыв был отвергнут». «Я взываю к справедливости, я говорю, что голос народа требует этой справедливости». Опять же мы видим, что актуализируется тема единства «в одном порыве», но для нас здесь было важно подчеркнуть именно метафору, касающуюся народа. С одной стороны в рамках этой метафоры народ понимается именно как группа людей, имеющие общие цели. С другой стороны представлена как единый живой организм, у которого есть своя «душа» и «голос». Характерно, что проведена именно такая параллель, т.к. без этих двух составляющих человек не является полноценным. Человека называют бездушным, если у него отсутствует «внутренний, психологический мир, его сознание».[ Ожегов] Всему народу присваивается душа, что свидетельствует о его полноте состояния. Отсюда автоматически прибавляется сема «абсолютной правильности действия», поэтому к такому народу необходимо прислушиваться.
 
«Памятуя о тяжком бремени, которое народ несет в армии и флоте Вашего Величества». «И наше заявление есть заявление потребности, заявление страданий всего народа, обращенное к Монарху». «Оно является выражением желания и мольбы народа».В первом случае мы видим, что слово «народ» обобщает людей, объединяя их в одно целое. Во втором случае помимо этого значения есть уподобление государственных деятелей, представителей народа самому народу. Народ противопоставляется Монарху.
 
Вместе с тем есть метафоры, имеющие отрицательную коннотацию по отношению к народу. «Люди темные идут в толпу». «Толпа» - это скопление людей, т. е. опять же обобщение в один организм только с отрицательным оттенком «безликая масса людей в ее противопоставлении выдающимся личностям». Обычно это неконтролируемое собрание людей, любая неосторожная реплика способна завести толпу и превратить ее в инструмент беспорядков. Зачастую в революционные эпохи общественное сознание чрезвычайно быстро проникается необоснованным доверием к политическим лидерам и партиям. Мы видим, что в этой метафоре присутствует страх говорящего перед толпой, предугадать решение которой нелегко. Неизвестно кому она откликнется.
 
Депутаты зачастую сгущают краски, говоря о простых людях. «Кто возмущается той неправдой, которая льется широкой рекой на это загнанное и забитое население, постоянно угнетенное и подавляемое». Они всегда жертвы обстоятельств, обреченные и беззащитные.
 
Так же есть метафоры, построенные по модели народ – правосудие. «Они стояли робко, терялись и скоро ушли, потому что в этой зале пахнет народом, здесь не было городовых и полицейских, здесь были народные представители, критикующие и нападающие на них!». «Пахнет народом» в значение ощущения присутствия. Народ как индикатор проявления чистоты намерений, действий. Отсюда ощущение опять же, как было отмечено ранее, правоты действий народа как организма, имеющего одну цель.
 
Игра.
Метафоры этой модели не встречались нам в текстах стенограмм первой Госдумы. Для первого периода современной Госдумы эта тема не частотна. По этой модели политика и другие сферы государственной жизни осмысливаются как игра. «…будет стремиться к тому, чтобы предприятие работало эффективно, с тем чтобы отыграть деньги, которые были отданы в кредит государству». (Кох А.Р. 1996) «Уважаемый Юрий Константинович, мне хотелось бы услышать вашу оценку той игры с шахтерами, которая ведется Правительством практически с 90-го года, - от экстремальных взрывов, приводящих к смене режима, и до такого уровня, когда тишь и гладь, как это было, допустим, полгода тому назад». (Бенов Г.М. 1996) «Для инвестора не разработаны правила игры, определяющие его роль в рентабельности предприятия». (Романов П.В. 1997)
 
IV.Артефактная метафора.
Механизмы.
В стенограммах Госдумы 1906 года нами была найдена только одна метафора, касающаяся темы «механизма». «…было бы элементарною ошибкою политической арифметики». Политика – это арифметическая точная наука, у которой свои законы и правила. Допустив одну «элементарную» ошибку по невнимательности ломается все решение. Поэтому в политике, как и в арифметике, важна точность, внимательность и продуманность действий.
 
Строительство.
Метафора строительства редко употребляется в текстах дореволюционной Госдумы. Все они касаются построения «новой жизни». «…приступим к началу новой жизни, которую будем строить на началах права, на началах справедливости». Материалом для строительства фундамента становятся «права и справедливость», которые будут укрепляться. «17 Октября 1905 года возвестить с высоты своего Престола твердую решимость положить эти именно начала в основу дальнейшего устроения судеб земли русской». Такая материальная модель построения метафоры, употребленная по отношению к абстрактным вещам, дает эффект достижимости и реализации поставленной задачи.
 
В период 1994 по 2000 года эта метафора очень редко употребляется. Большинство метафор касаются темы перестройки: «Надо сказать, что на структурную перестройку до конца года были выделены ссуды тоже более 1 триллиона рублей». (Пансков В.Г. 1995)
 
Так же метафора строительства употреблена по отношению к законопроекту: «Эти законопроекты в полном смысле слова основополагающие для создания качественно новых институтов цивилизованного рынка». (Черномырдин В.С. 1995) Построить цивилизованные отношения можно только на законных основаниях.
 
Власть. Атрибуты власти.
Все метафоры отражают отношения Монарха и других управляющих страной органов с народом. Сейчас их отношения не стабильны. «Уже нельзя отделаться: между народом и правительством уже образовалась пропасть, и эту пропасть перешагнуть не могут наши министры, не рискуя упасть в нее». Мы видим, что слово «пропасть» употреблено в переносном значении «коренное различие между кем- либо». Подчеркивается абсолютное непонимание Монарха и народа.
 
Амнистия может вернуть доверия народа к власти. «Всепрощение да послужит залогом того, что в начавшейся работе Монарх пойдет рука об руку с народом. Это печать того союза, который в настоящее время может быть основан». Использован афоризм «рука об руку», который в данном контексте имеет значение согласия, взаимопонимания между властью и народом. Амнистия – будет «печатью», т.е. нерушимым доказательством правильного курса политических действий.
 
Император пошел на встречу к народу и провозгласил Манифест, основанный на демократических принципах, но бесчинства не были закончены. Прикрываясь именем Императора, власти продолжали творить погромы, расстрелы и казни. «Вашему Императорскому Величеству благоугодно было в Манифесте 17 Октября 1905 года возвестить с высоты Престола твердую решимость положить эти именно начала в основу дальнейшего устроения судеб земли русской». «…те, кто еще преграждая народу путь к Царю и попирая все основы Высочайшего Манифеста 17 Октября, покрыли страну позором бессудных казней, погромов, расстрелов и заточений».
 
Император олицетворяет собой сильную Россию. «Гурия пришла когда-то спастись под высокую руку русского Императора». Грузинская область попросила помощи Императора в урегулировании конфликта. «Спастись под высокую руку» в значении «окружить заботой, оказать покровительство». Эпитет «высокая» характеризует силу и мощь дореволюционной страны.
 
Так же есть в текстах стенограмм первой Госдумы негативное отношение к власти. «Но очень интересен был другой министр — этот хозяин России министр внутренних дел». Отношение к министрам в истории России всегда было либо не доверительное, либо вообще относились негативно. Этот министр обладает властью, но не является полноправным собственником. Хотя, возможно, его поведение говорит об обратном, недаром он пренебрежительно назван «хозяином».
 
Обновление.
Эта тема сильно распространена в текстах 1906 года и активно подвергается метафорической экспансии. Страна с принятием Манифеста стала новее, совершеннее, приобрела новый вид. «Прощение – единственная казнь по политическим мотивам после того как страна обновилас». Еще: «Охваченная единодушным порывом, страна громко заявила, что обновление жизни возможно лишь на основе свободы».
 
Так же отмечается стихийный характер обновлений в стране. «Когда страна охвачена порывом обновления…». В этом ощущается подъем, воодушевление, сильное стремление осуществить задуманное.
 
Развитие правовых начал в стране, приравнивает к весеннему возрождению, пробуждению от долгой зимы. «Там столько страждущих в эту минуту, которые именуются весною свободы». Так же называется «зарей», т.е. опять же в значении пробуждения. «Заря русской свободы оказалась кровавой зарей». В обоих случаях отмечается, что это обновление для русского народа далось нелегко.
 
Обновление олицетворяет начало новой жизни, новой эры в стране. «Да благословит Господь дела рук членов первой Думы на благо и счастье всех граждан возрождающейся к новой жизни Российской Империи». «Он усматривает поэтому в собрании Думы начало новой эры для России— внесение принципа истинной свободы и связанного с этим широкого развития духовных сил страны и ее материального благосостояния». «Новая жизнь», «новая эра» - отражает всеобъемлющее кардинальное изменение на всех уровнях жизни общества.
 
О работе Государственной Думы.
Достаточно сложно отдельно выделить метафоры о работе Государственной Думы. Все взаимодействуют друг с другом, образуя целостный текст.
 
Работа членов Госдумы приравнивается к «подвигу». «Москва полна веры, что великий подвиг, принятый на себя представителями народа, одухотворенный горячею любовью к России, внесет в страну мир и будет оплотом торжества законности и свободной гражданственности». Это прорыв в истории России, т.к. с рождением нового политического органа рождается и самосознание граждан, включенность в ход политических событий, ощущение перемен и надежду на улучшение жизни. Депутаты искренне верят в свое дело, верят, что их работа улучшит состояние страны в столь тяжелые для нее годы. Часто подчеркивают свою принадлежность к народу, поэтому им легче будет понять их нужды и надежды.«Госдума, имея в своем составе представителей всех классов и всех народностей, населяющих Россию, объединена общим горячим стремлением обновить Россию».
 
В работу Госдумы верят и люди. «Население г. Белостока смотрит на Государственную Думу как на якорь своего спасения». Город Белосток называют центром революционного движения. Жители просят помощи и видят ее в Госдуме. «Якорь» - это символ надежды, последнего средства спасения.
 
Вместе с тем Араканцевым было отмечано, что идет устная пропаганда, где Госдума очерняется и называется «жидовской», что показывает относительное сомнение народа в авторитете Госдумы и ее членов. «Но помимо этого еще существовала устная пропаганда, что следует убивать крамольников, что Госдума – жидовская, что революционеры идут против Царя». Неудивительно, что люди критически подходят к только что созданному законодательному органу.
 
Вывод.
 
Демократизация жизни в России сделала политическую коммуникацию предметом массового интереса. По данным социологического опроса «каждый десятый из числа ответивших на вопрос о причинах своего интереса к политике утверждает, что это просто необходимо для современного человека, либо указывают на то, что хотят быть в курсе событий в стране и в мире, разбираться в политической ситуации: «Нельзя жить в мире и быть от него независимым», «без политики прожить нельзя», «чтобы от жизни не отстать», «это надо знать обязательно, так как это неотъемлемая часть нашей жизни», «без политической жизни ты — слепец», «каждый человек должен интересоваться политикой», «а как можно без этого?». [Кертман, Эл. ресурс. URL: http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..]
 
Такой интерес к политической жизни обуславливает и тенденции изменения политической коммуникации и, следовательно, политического языка. Политический язык представляет собой сложное многоплановое явление, изучение которого сопряжено с такими гуманитарными дисциплинами как политология, социология, история и др. Язык ХХ столетия подвергался радикальным изменениям, которые были вызваны политическими, экономическими, социальными процессами. Начало века было непростым: войны, революции, репрессии, гонения на церковных деятелей и простых верующих, сильное влияние цензуры. Для середины ХХ столетия большую роль сыграли СМИ, появление интернета, всеобщая глобализация и европеизация общества. Все это качественно изменило общественное сознание.
 
Политическая коммуникация не отстает от интересов времени. Сейчас, чтобы привлечь и произвести впечатление нужно уметь хорошо владеть языком, ярко и точно выражать свои мысли. Так же существует тенденция превращения некоторых аспектов политической жизни в игру, шоу. Это, например, предвыборная гонка, различные передачи, в которых участвуют несколько оппонентов для разбора ситуации с разных углов. Политическая жизнь становится более доступной, поэтому язык становится проще, понятнее простым людям.
 
Но одной из основных задач политической коммуникации было и остается пропаганда, агитация и эмоциональное воздействие. Одним из способов воздействия и агитации является метафора. Однако она частично утрачивает эту свою функцию в речи депутатов в стенах такого органа как Государственная Дума. Здесь нет прямой агитации, есть предложения; нет влияния, есть мнения. Нельзя утверждать, что эта функция полностью отсутствует, но используя ту или иную метафору, говорящий не ставит перед собой цель повлиять на мнение остальных депутатов. Их решения никак не отражаются на дальнейшей жизни выступающего и он не имеет прямой выгоды. Эта речь, по сути, произносится как личное мнение, которым депутаты обмениваются и решают, какое из предложений будет выгоднее для дальнейшего развития страны. А о реальном влиянии стоит говорить, когда речь произносится в массы, для народа. Тогда сама речь построена по другим механизмам, преследуются конкретные цели, выгодные говорящему. Это, например, такие тексты как предвыборная агитация, политические дебаты или тексты, произнесенные в условиях войны и др. Надо отметить, что эти тексты обычно не длинные и в них сконцентрировано максимальное количество информации, которую хочет передать выступающий, поэтому ему нужно бросить все силы на ее актуальность, сделать ее не скучной и в то же время выгодной для себя. Заседания Государственной Думы длятся часами, что делает их скучными и монотонными. Так же заседания Думы проходят в относительно спокойное время для страны, на этих заседаниях не произносятся предвыборные речи, а так же законодательный характер этого органа власти дают нам сделать вывод, что использованные метафоры в стенах Государственной Думы нужны скорее для того, чтобы привлечь внимание к проблеме, и разнообразить речь.
Проанализировав и сопоставив тексты стенограмм первой и современной Госдумы, мы можем охарактеризовать следующие тенденции изменения. Стоит отметить, что политический язык дореволюционный России был качественно изменен. Советская эпоха наложила отпечаток на политический язык, речи, произнесенные на заседаниях стали более четкими и рациональными. Однако вместе с тем применяется весь арсенал коммуникативных стратегий и тактик. Так же стоит отметить, что политический язык стремительно обогащается варваризмами, жаргонизмами, неологизмами, а так же активно используются разнообразные выразительные средства.
 
Но при этом, интересно, увеличивается частотность употребления слов, которые помогают заполнять паузы. Они редко употребляются в речи времен первой Госдумы. Это, например, «скажем», «так сказать», «значит» и др.
 
В языке депутатов первой Госдумы прослеживается сильное влияние литературы и литературного языка, их речь и образность в традиции классической русской литературы. Сейчас метафоричность речи стала механической, мало авторских метафор. Зачастую они простые, не требующие дополнительного объяснения и контекста. Количество развернутых метафор уменьшилось.
 
Возросло количество сфер – источников метафорической экспансии. Это связано, от части, с тем, что появились новые реалии, которых не было в первой Госдуме. Например, интернет, СМИ, пресса, бизнес, криминал, секта, гендерные различия и др. К 2013 году количество метафор на эти темы увеличивается.
 
Мы вслед за А.П. Чудиновым, и другими исследователями лексико - семантических полей отмечаем пересекаемость метафорических моделей. «Нередко один и тот же метафорический образ может рассматриваться как одновременно принадлежащий различным метафорическим моделям». [Чудинов, 2006:139] Поэтому было достаточно сложно выделить сферы – источники метафорической экспансии. Часто обнаруживаются метафорический образ, который можно отнести сразу к двум смежным полям. Причем зачастую несколько метафор употребляются рядом в одном предложении, и они неделимы.
 
Список литературы:
 
Аверенцев С.С., Античная риторика и судьбы античного рационализма. М., 1991.
Аннушкин В.И., История русской риторики: Хрестоматия. М., 1998.
Атанесян А. Публичная политика и технологии современной политической риторики. – Режим дрступу:www.noravank.am/file/article/65_ru.pdf
Балашова Л.В., Когнитивный тип метафоры в диахронии (на материале перцептивной лексики русского языка) Саратовский государственный университет каф. русского яз. // Вестник Омского университета, 1999, Вып. 4. С. 81-84. Омский государственный университет, 1999.
Баранов А. Н., Караулов Ю. Н., Русская политическая метафора. Материалы к словарю. М., 1991.
Баранов Н. А., Караулов Ю. Н,. Словарь русских политических метафор. М., 1994.
Блакар Р., Язык как инструмент социальной власти / Р. Блакар // Язык и моделирование социального взаимодействия. - М., 1987.
Блэк М., Теория метафоры. - М., 1990 — С.15-172.
Брунова Е. Г., Мифопоэтика коммунистической пропаганды: лингвокультурный и когнитивный анализ. (статья из журнала) // Политическая лингвистика, Екатеринбург, 2011. 264 с. С. 24.
Будаев Э. В., Когнитивные и риторические истоки «Метафор, которыми мы живем» / Э. В. Будаев, А. П. Чудинов // Вестник Южноуральского государственного университета. – 2006. – № 6. – Лингвистика. Вып. 3. – C. 68–70.
Будаев Э. В., Сопоставительный анализ политической метафоры / Э. В. Будаев // Известия Уральского государственного университета. – 2009. – № 3 (67). – С. 106–114.
Будаев Э.В., Междисциплинарные истоки политической метафорологии. []
Будаев Э.В., Метафора в политическом интердискурсе / Э.В. Будаев, А.П. Чудинов; Урал. гос. пед. ун-т. - Екатеринбург, 2006a.
Будаев Э.В., Политическая метафорология: ракурсы сопоставительного анализа // Политическая лингвистика. 2010 № 1 С. 9–24.
Будаев Э.В., Риторическое направление в исследовании политической метафоры / Э.В. Будвев, А.П. Чудинов // Respectus Philologicus. 2006б. № 9(14).
Будаев Э.В., Чудинов А.П., Зарубежная политическая метафорология: Монография - Екатеринбург, 2008. - 248 с.
Будаев, Чудинов, эл. ресурс. URL:http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..
Бузук Г. Л., Ивин А.А., Панов М.И., Наука убеждать: Логика и риторика в вопросах и ответах. М., 1992.
Бюлер К., Теория языка. Языковая метафора. – М.: Прогресс, 1993. – 501 с.
Васильев А. Д., Словесная культура советской эпохи в освещении саратовской школы политической лингвистики. // Политическая лингвистика, Екатеринбург, 2011. Вып. 2(36). - 264 с.-255.
Вежбицкая А., Сравнение – градация – метафора. / Перевод с польского Г.Е.Крейдлина.//Теория метафоры, Моссква 1990. 512с. С.133-152.
Вежбицкая А., Язык. Культура. Познание. / Перевод с английского, ответственный редактор М.А.Кронгауз, вступительная статья Е.В.Падучевой—М.: Русские словари, 1996—412 с. ISBN 5-89216-002-5
Вершин М.С., Политическая коммуникация в образовательном обществе / М.С. Вершин. – СПб.: 2004
Виноградов В. В., Избранные труды. Лексикология и лексикография. – М.: 1977. С. 140–161.
Виноградов С. И., Слово в парламентской речи и культуре общения // Русская речь. 1993. №2-4.
Вомперский В.П., Риторики в России XXVIII–XIX вв. – М., 1988.
Воробьева О.И., Политическая лексика. Ее функции в современной устной и письменной речи – М.: БЕК, 2000.
Гаврилова М. В., Развитие содержательных формконцепта «единство» В русском потитическом дискурсе ХХ- ХХI веков.(журнал)
Гаврилова М., Когнитивные и риторические основы президентской речи (на материале выступлений В.В.Путина и Б. Н. Ельцина). – СПб.: Филологический факультет СПбГУ, 2004.
Граудина Л.К., Миськевич Г.И., Теория и практика русского красноречия. – М., 1989.
Громыко С. А., Язык российского парламента: становление отечественной парламентской коммуникации в начале ХХ века. // Политическая лингвистика, Екатеринбург, 2011. Вып. 2(36). - 264 с-82.
Демьянков В.З., Интерпретация политического дискурса в СМИ // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования: учебное пособие. – М.: Изд-во МГУ, 2003. С.116–133.
Дэвидсон Д., «Что означают метафоры» /
Елеонская А.С., Русская ораторская проза в литературном процессе XVII в. – М., 1990.
Ивин А.А. Основы теории аргументации. М., 1997.
Канафьева А.В., Риторическое высказывание в современной публичной речи. Политическая лингвистика, Екатеринбург, 2010 Вып. 4(34) — 228 с.- 98.
Кобозева И. М., Семантические проблемы анализа политической метафоры // Вестник Московского университета. Сер. 9. Филология. 2001. №6.
Кордонский С., Фундаментальный лексикон: язык и политический спектр в России // Век ХХ и мир. 1994. №1-2.
Крысин Л. П., Эфимизмы в современной русской речи // Русский язык конца ХХ стилетия (1985 — 1995). М., 1996.
Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем. 2-е. изд. – М.: Изд-во ЛКИ, 2008.
МакКормак Э., Когнитивная теория метафоры // Теория метафоры. – М., 1990. С.358–386.
Макушин Л. М., Информационная безопасность: цензурный режим и печать (1825–1855). - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2008. – 168 с. (9,8 п. л.)
Москвин В.П., Выразительные средства современной русской речи. Тропы и фигуры: Терминологический словарь. Изд.3, изд-во Феникс, 2007. 5000 экз.
Москвин В.П., Риторика и теория коммуникации: Виды, стили и тактики речевого общения. Изд.2, изд-во URSS, 2014.
Москвин В.П., Русская метафора. Очерк семиотической теории. Изд.4, изд-во URSS, 2012. Рец. на 1-е изд.: Харченко В. К. // Атриум. 1999. № 1.
Мухарямов Н.М., Политическая лингвистика как научная дисциплина / Н.М. Мухарямов, Л.М. Мухарямова // Политическая наука. 2002. № 3
Нахимова Е. А., О критериях выделения прецедентных феноменов политических текстах // Лингвистика. Бюллетень Уральского лингвистического общества. Вып. 13. Екатеринбург, 2004.
Нехорошева А.М., Исследование оппозиции «свой-чужой» в рамках когнитивно-дискурсивного подхода // Когнитивная лингвистика и вопросы языкового сознания: Материалы Международной научно-практической конференции. 25-26 ноября 2010 г. – Краснодар: Кубанский госуниверситет, 2011. – С. 221-223.
Окунева И. О., Виды и роль метафоры в печатных СМИ России, Великобритании, США и Канады (на материале газетных статей, посвященных проблеме взаимоотношений между государством, обществом и прессой) // Политическая лингвистика, Екатеринбург, 2010 Вып. 4(34) — 228 с.135
Романов А. А., Политическая лингвистика. Функциональный подход. М.; Тверь, 2002.
Серио П., Русский язык и советский политический дискурс: анализ номинаций / П. Серио // Квадратура смысла. - М., 2002.
Скляревская Г. Н., Языковая метафора в словаре. Опыт системного описания// Вопр. Языкознания1987.№2.
Скляревская Г.Н., Метафора в системе языка. - 2-е изд., стереотипное. - Спб.: Филологический факультет СпбГУ, 2004. - 166 с.
Соловьев А.И., Политическая коммуникация: К проблеме теоретической идентификации / А.И. Соловьев // Полис. – 202 - №3.
Телия В. Н., Семантика связанных значений слов и их сочетаемости // Аспекты семантических исследований. М.,1980.С.250- 319.
Теория метафоры: Сб./ Пер. англ., фр., нем., исп., польск. яз.; Вступит. ст. и сост. Н. Д. Арутюновой. М., 1990.
Хазагеров Г. Г., Политическая риторика / Г. Г. Хазагеров. М.: Никколо-Медиа, 2002.-320 с.
Хазагеров Г.Г., Партия, власть и риторика. М., Европа, 2006.-
Чудинов А. П., Интертекстуальность политического текста // Лингвистика. Бюллетень Уральского лингвистического общества [отв. ред. А.П.Чудинов]. – Екатеринбург, 2003. Т. 10.
Чудинов А.П., Метафорическая мозаика в современной политической коммуникации: монография, Екатеринбург, 2003. - М.: Флинта: Наука, 2006. - 256с.
Чудинов А.П., Россия в метафорическом зеркале // Русская речь. 2001. №1, 3, 4; 20002. №1, 2, 3; 2003. №1, 3, 4; 2004. №4.
Шейгал Е.И., Семиотика политического дискурса. М.; Волгоград, 2000.
Шипицины Г.М., Свистельникова С. А., Метафоры строительства и движения в коммунистическом дискурсе. // Политическая лингвистика, Екатеринбург, 2011. - 264 с.- 59.
Перескова А.Ю., Средства массовой информации как сфера – магнит для метафорической экспансии / А.Ю. Перескова // Теория и методика преподавания в ВУЗе: тезисы докладов / под ред. Е.Н. Ярославовой = Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2003. – С. 107 – 109.
Рождественский Ю.В., Теория риторики. – М:, 1997. С. 290.
Смирницкий А.И.,
Кертман Г.Л., Интерес к политике по-российски: мотивы явные и скрытые. URL: http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..
Паули Ю. С., Язык политического дискурса как способ формирования политического института URL: http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..
Дугин А.Г., Философия политики. Политический язык.
http://yandex.ru/clck/jsredir?from=yandex.ru;yandsear..
Качалов Ю.Л., Истина и политический контекст в научных практиках социологов // Социологические исследования. 2005. №9
Баталов Э. Я., Политическая культура современного американского общества. М., 1990. С. 154.
Гаврилова М.В., Когнитивные и риторические основы президентской речи (на материале выступлений В.В. Путина и Б.Н. Ельцина). СПб., 2004;
Загрузка...
Комментарии
Отправить