Влияние лингвистической конструкции моральной дилеммы на моральное решение

Загрузка...

Актуальность – мы ежедневно в своей жизни сталкиваемся с выбором и принимаем решения в ситуациях разного уровня сложности. Одни решения нам даются легко, а другие вызывают сомнения. Множество факторов влияет на то, насколько трудна для разрешения неопределённая ситуация. А если неопределённая ситуация подразумевает моральный выбор, тогда нам становится сложно руководствоваться рациональным подсчетом выгод и потерь, по той причине, что объективно правильного ответа в такой ситуации нет. Что же движет человеком при принятии решения такого рода? Бесспорно, у каждого из нас есть своя собственная система ценностей, каждый имеет моральное сознание определённого уровня развития, но только ли личностными качествами определяется наш выбор? Возможно ли предположение о том, что форма, в которой нам предложен результат моральной дилеммы, тоже оказывает влияние на то, какой вариант исхода мы предпочтем. Существуют исследования, в сфере принятия решений, которые показывают, что наш выбор зависит от того в каких терминах представлены результаты задачи – потерь или приобретений. Авторами этой теории являются Д. Канеман и А. Тверски. Центральной идеей их теории является положение о том, что когда речь идет о потерях – люди склонны идти на риск, и, наоборот, в контексте приобретений, большинство не склонно проявлять риск. Возможные варианты решения моральной дилеммы можно представить в терминах потерь и приобретений, а значит, существует вероятность, что экономическая теория Д. Канемана и А. Тверски может работать так же и в сфере психологии морали.

Если станет возможным определить механизм принятия моральных решений, то это может существенно повлиять на систему воспитания и обучения детей. В настоящее время необходимо изучать сферу морали и морального выбора в связи с тем, что это в значительной мере даст нам объяснение человеческих поступков и того насколько сильно люди поддаются влиянию внешних факторов. Правильное понимание основ моральных рассуждений поможет улучшить качество морального поведения и суждений.

Цель – Исследовать влияние лингвистической конструкции моральной дилеммы(фрейм) на принятие морального решения

Задачи

Рассмотреть существующие теории объясняющие механизм принятия решений

Описать специфику ситуации морального выбора

Выделить специфику механизмов принятия моральных решений

Составление плана эмпирического исследования

Проведение эмпирического исследования

Объект исследования – принятие решений в ситуации моральной дилеммы

Предмет исследования – влияние лингвистической конструкции моральной дилеммы на принятие морального решения

Механизмы принятия решений

Проблема того как человек принимает решения поставлена уже давно и проведено огромное количество исследований, подтверждающих существование моделей принятия решений. Наличие определённых механизмов предполагает, что у человека есть устойчивые критерии, предпочтения и подходы к осуществлению выбора. Здесь мы опишем основные модели, их достоинства и недостатки, и то, как они соотносятся.

Люди, принимающие решения в действительности, зачастую доказывают несостоятельность принципов теории ожидаемых выгод. Например, несостоятельность принципа погашения демонстрирует парадокс Аллайса. Аллайс экспериментально показал, что добавление одинаковых условий оказывает влияние на людей и ведёт к другим решениям. Поэтому, нельзя с уверенностью говорить, что человек при совершении выбора основывается только на то, в чем различаются возможности и игнорирует общее. Так же, экспериментально был опровергнут принцип транзитивности.

Еще одним нарушением теории ожидаемых выгод, является обратимость предпочтений. Исследования, впервые опубликованные Сарой Лихтенштейн и Полем Словиком в 1971 году доказывали, что выбор определяется шансами на выигрыш, в то время как оценка зависит от суммы, которую можно выиграть или проиграть.

Теория ожидаемой выгоды предполагает, что люди накапливают всю информацию о возможностях и последствиях каждого решения, а так же способны выявить все плюсы и минусы каждой из альтернатив. В конечном итоге, считается, что все варианты сравниваются и выбор падает на тот, что несет наибольшую выгоду. Но в жизни оказывается, что люди поступают не так. Человек не компьютер, а поэтому информация обо всех возможностях зачастую бывает очень расплывчата и внимание избирательно. Наша память может исказить информацию, и при таких условиях вероятность выбора самого математически выгодного решения оказывается мала.

Таким образом, мы видим, что теория ожидаемой выгоды была признана несостоятельной. Поэтому многие исследователи обратились к теориям, более точно характеризующим процесс принятия решения.

Описательные модели принятия решений

Описательные модели, в отличие от нормативных, призваны объяснять то, как люди принимают решение в реальной жизни, а не то, как они должны его принимать.

Одной из первых альтернатив теории ожидаемой выгоды, была теория удовлетворения, разработанная в 1956 году Гербертом Саймоном, лауреатом Нобелевской премии. Он установил, что людям важно почувствовать себя удовлетворенными, а не достигнуть оптимального результата. Это говорит о том, что человек, при принятии решения, заинтересован в удовлетворении актуальных потребностей, и не стремится добиться идеального решения.

Самой общепринятой из описательных теорий является теория перспектив, выдвинутая в 1979 году Дэниелом Канеманом и Амосом Тверски. Эта теория отличается от теории ожидаемых выгод по ряду важных пунктов.

Итак, во-первых, вместо понятия «выгоды» используют понятие «ценности». Ценность определяется понятием потерь и приобретений. Ценность приобретений отличается от ценности потерь. А конкретно, потери кажутся нам большими, чем приобретения. «Например, потеря 500 долларов будет волновать нас сильнее, чем приобретение 500 долларов». 

На основе ценности потерь и приобретений было сформулировано правило, по которому можно определить, будет ли склонен человек к риску. Когда речь идет о приобретениях, то люди демонстрируют несклонность к риску, а если же задача представлена в рамках потерь, то проявляется склонность к риску. Это правило множество раз подтверждалось экспериментально. И наоборот, если испытуемым предлагают выбрать между возможностью выиграть $1000 с вероятностью 85% (и с вероятностью 15% не выиграть ничего) и возможностью гарантировано получить $800, то большинство проявляют несклонность к риску и выбирают получение $800.

Из этих двух положений о ценности и риске можно сделать вывод, что один и тот же результат может быть описан двумя способами – как приобретения или как потери. И в зависимости от способа описания, человек принимает разные решения. (

В статье «Рациональный выбор, ценности и фреймы» авторы теории говорят так же и об эффекте формулировок, который демонстрирует тот же эффект, описанный выше. Они приводят пример, что предпочтительный курс лечения зависит от того, как представлены результаты лечения соответствующим способом – в терминах жизни (приобретения) или смерти (потери).Когда результаты хирургического лечения были представлены как статистические данные смертности, этот способ лечения стал менее предпочтительным, чем когда его результаты были представлены статистикой выживаемости. Авторы говорят, что эффект влияния формулировки происходит случайно, и человек не догадывается о том, что привело его к конечному решению. Поэтому этот эффект может использоваться намеренно, для регулирования решений принятых субъектом. Намеренное использование мы можем бесконечно наблюдать в сфере торговли и рекламы – предоставление скидок и завышение цен.

Так же, пребладание потерь проявляется в «эффекте собственности». Согласно этому эффекту, стоимость товара изменяется, когда он становится чьей то собственностью. Потеря предмета ощущается нами сильнее, чем приобретение того же предмета. Во многих экспериментах было подтверждено то, что если человека попросить назвать цену за тот товар, которым он уже владеет, то он назовет цену большую той, за которую сам согласился приобрести этот товар. Этим принципом пользуются многие торговые компании, т.к. «пробное обладание товаром, повышает его ценность и покупателю становится труднее с ним расстаться». 

Таким образом, мы видим, что принцип приобретений и потерь является ключевым в этой теории. А то, что две разные формулировки количественно являются равными, не имеет особого значения. И получается, что наши предпочтения определяются формулировкой.

Согласно теории перспектив процесс принятия решения делится на две фазы – фаза редактирования и фаза оценки. «Фаза редактирования включает в себя предварительный анализ предложенной перспективы, который достаточно часто упрощает представление перспективы. Во второй фазе отредактированные перспективы оцениваются и из них выбирается перспектива, обладающая наивысшей доходностью».(из учебника) Назначение фазы редактирования в том, что бы организовать и переформулировать информацию, что упростит оценку и принятие решения.

Следующее отличие состоит в отношении к вероятности того или иного результата. Теория ожиданий, говорит, что рассчитанные 50% процентов шансов на выигрыш дают действительно 50% шансов на выигрыш. А теория перспективы рассматривает предпочтения как отношение «весомости решения» и говорит, что эта весомость не зависит от рассчитанной вероятности. Согласно теории перспектив весомость решения может завышать маленькую вероятность и занижать большую. Это подтверждено во множествах экспериментов, когда субъективная уверенность или псевдоуверенность в вероятности совершения определенного события увеличивается и тем самым возрастает значение математически мало возможного события.

Ещё одной описательной теорией является теория раскаяния. Согласно этой теории, люди оценивают качество принятых решений, опираясь на предположения о том, что могло бы произойти, если бы они поступили по-другому. Теория раскаяния была открыта в рамках экономики Давидом Беллом. В основе этой теории лежат два заключения. Во-первых, то, что многие люди испытывают чувства называемые раскаянием или сожалением. Во вторых, когда мы не уверенны в принятии решения мы стараемся предугадать эти чувства.(…) Поэтому многие экономически не выгодные решения, мы принимаем из-за страха сожаления о неверном решении. Эта теория не противоречит теории перспективы, она скорее дополняет её новой категорией «раскаяния».

Таким образом, мы видим, что описательные теории, в частности теория перспектив имеет преимущества перед классической теорией выгоды. Преимущество это заключается в том, что она может объяснить парадоксы и проблемы, которые не в состоянии объяснить теория выгод. Без сомнения, то, как описывает принятие решения, теория выгод является идеальным, но реализация такой модели возможна скорее посредством компьютерной техники. Механизм принятия решения гораздо более сложен, и не укладывается в рамки рационального.

Модели принятия моральных решений

Для начала определим, что такое моральное решение и в чем его существенное отличие от других ситуаций неопределенности.

Частным случаем ситуации личностного выбора является моральный выбор. И характеризуется он тем, что в нем «иерархизируются процессы соотнесения личностных ценностей и моральных норм не просто в контексте требований ситуации, но и с точки зрения возможностей развития и ситуации и личностного Я» Так определяет моральный выбор И.А. Чигринова

Ситуацию, в которой человек осуществляет моральный выбор, называют моральной дилеммой. Вот как определяет моральную дилемму В. А. Канке: «необходимость выбора между несколькими альтернативами, приводящего в любом случае к негативному результату». Важно отметить то, что в моральной дилемме заведомо не может быть правильного ответа или безупречного выбора и любое решение приведет к каким либо потерям. То есть человеку, находящемуся в подобной ситуации, в любом случае, придется чем-либо жертвовать.

Вот какое определение моральной дилеммы дает нам психологический словарь: «Гипотетическая конфликтная ситуация, когда участник эксперимента, представляющий себя главным действующим лицом, должен выбрать один из возможных вариантов действия. Решение такой дилеммы связано с трудным моральным выбором, например: «нарушить закон и спасти жизнь человека» или «поступить по закону и позволить человеку умереть». Решение моральных дилемм дает важную информацию о способе мышления людей, сталкивающихся с нравственными проблемами в реальной жизни». Опять же, ключевым моментом является конфликт, противостояние вариантов выбора, которые являются прямо противоположными. Так же из этого определения мы видим, что возможно извлечь информацию о способе мышления человека который сталкивается с моральной дилеммой. Этот вопрос нас больше всего интересует в данной главе. Главной задачей является – рассмотреть и сравнить существующие модели морального выбора.

Рационалистическая модель (Кантианская)

Первый представитель этой модели – И. Кант. Кант утверждал, что нравственность есть продукт разума. «Чистый разум сам по себе есть практический разум, и дает (людям) всеобщий закон, который мы называем нравственным законом» (Кант И. Соч.: В 8 т. М., 1994. Т. 4. С. 410) Универсальный набор принципов – вот, что гарантирует верный выбор. И данные принципы должны применяться к каждому. Главным процессом является сознательное рассуждение – только благодаря ему мы можем основываясь на правила и принципы приходить через размышление к моральным суждениям. Эмоции и интуиция, по мнению Канта, являются помехой на пути к верным суждениям. Сначала осознанное рассуждения потом выносим на основе этого суждение – вот главный принцип рационалистов. Разум первичен.

Рационалистов часто называют противниками моральных дилемм. Причина в том, что если признавать существование подлинных моральных дилемм, значит признавать и противоречивость исходных принципов этической теории. Неадекватность этической теории порождает моральную дилемму. Этическая теория, допускающая формирование противоречий подвержена критике и краху. То есть, по их мнению, если этическая теория логически верна, то она не допускает возникновение моральных дилемм.(Канке)

К теориям, соответствующим Кантианской морали можно отнести теории, основывающиеся на принципе справедливости Л. Колберга и Ж.Пиаже. Этот подход является когнитивным. Здесь критериями уровня развития морального сознания являются моральное суждение и моральное мышление. (Молчанов) Согласно теории ребенок в процессе накопления опыта «впитывает» из общества все более новые и сложные моральные принципы. Основной принцип в том, что «уровень развития мышления определяет уровень развития моральных сужений».(молчанов) С усложнением моральных принципов, усложняется и способность ребенка рассуждать, делать логические выводы и выносить моральные суждения на основе принципов.

Пиаже, так же как и Колберг выделял три стадии морального развития, общий принцип их теории является схожим. Ребенок развивается, увеличивается его способность делать обобщения, и он переходит с одной стадии на другую.

Теории Колберга и Пиаже сталкиваются с рядом препятствий и одно из них, например, неясность критериев, по которым мы определяем на какой стадии ребенок находится. Дети не всегда принимают моральные решения одним и тем же способом. И это лишь одна из тех проблем, которые присущи данной теории.(Хаузер)

Существует альтернатива описанному когнитивному подходу. К. Гиллиган создала эмпатийный подход, где главенствует принцип заботы, заключающийся в эмпатической ориентации на потребности, переживания и чувства другого человека. Опираясь на положение о существовании двух типов моральной ориентации – мораль справедливости и мораль заботы – она связывала эти типы ориентации с гендерными различиями. Женщинам в большей степени характерен эмпатийный тип (мораль заботы), а мужчинам нормативный (мораль справедливости). В исследованиях данное предположение подтверждено лишь частично.

Эмоционально-интуитивистская модель (Юманианская)

Как Кант является главным представителем рационалистической модели, Д. Юм считается основоположником модели, в которой основная роль отводится эмоциям и интуиции. Основная его идея заключается в том, что моральные суждения возникают на основе эмоций. Юм рассматривал природу моральных суждений так же как мы рассматриваем наши ощущения. Человек не принимает усилия для того что бы почувствовать цвет, запах, вкус, услышать музыку. Таким же образом мы воспринимаем поступки – правильные у нас вызывают приятные чувства, а плохие поступки у нас связаны с неприятными переживаниями. Вот одно из заключений, к которым пришел Юм, и которое хорошо отражает специфику его теории: «Разум является и должен быть только рабом страстей, и никогда не может претендовать ни на какую иную роль, чем служить и повиноваться им». И согласно его взглядам, человек обладает врожденным моральным чувством, и это чувство обеспечивает механизм вынесения суждений без осознанных рассуждений. Разум подчиняется этой движущей силе. Рассуждения строятся на основе суждений, возникших, в свою очередь, на основе переживаний.

Развитие морального чувства Юм понимал как результат нормального развития, такого же, как развитие глаза или руки. Но если он уподобляет моральное чувство другим сенсорным системам человека, для него должны быть и рецепторы. Рецептором является любой сенсорный орган, способный продуцировать эмоции. Получается моральное чувство не связано с какой либо модальностью. (Хаузер)

Ключевым отличием от рационалистической теории является схема возникновения морального суждения. У рационалистов сначала сознательное рассуждение, потом, на основе рассуждения мы выносим свое суждение. В эмоционально интуитивистской модели наоборот – возникает непосредственное переживание, на основе которого автоматически, неосознанно появляется суждение и далее, мы строим свои рассуждения, основываясь на эмоциональное суждения постфактум, как бы «подгоняем» эти рассуждения под наше решение. Важно то, что здесь осознанным является только процесс рассуждения, а все предыдущие этапы проходят быстро, автоматически, неосознанно.

Возможно, моральные дилеммы и возникают, когда наше сознание выбирает между интуицией Юма и кантианским рассуждением.

Как уже было указано выше, эмпатийный подход противопоставлен когнитивному, и по этой логике его стоит отнести к эмоционально-интуитивистским моделям. Взгляды К. Гиллиган мы уже рассмотрели, теперь стоит упомянуть еще об одном авторе, который изучал в качестве моральной ориентации принцип заботы.

Интеграция двух типов моральных ориентаций (теория Дж. Реста)

Чувствительность к потребностям и желаниям других людей, особенно в случае, когда они противоположны твоим собственным. К искаженному восприятию моральных ситуаций может привести несовершенство когнитивных схем. Следующим компонентом является моральное суждение и моральное мышление. Они объясняют причину поступка и обосновывают моральный выбор. В этом направлении развивали свои идеи Ж. Пиаже и Л. Колберг. Третьим компонентом является моральная мотивация. Она определяется моральными идеалами и иерархией ценностей личности. Этот компонент обосновывает принятие личной ответственности человека за свое решение. Существует две линии развития в исследовании этого компонента – изучение иерархии ценностей и изучение эмоциональной составляющей в принятии решения. Четвертый компонент это моральный характер. Все вышеперечисленные компоненты могут оказаться недостаточными для совершения морального поступка. Необходимы так же личностные качества субъекта, такие как – способность действовать согласно плану, противостоять внешнему давлению, принимать ответственность за свой выбор это и есть составляющие морального характера, способствующие совершению морального выбора.

Моральная грамматика Ролза

Эта теория является аналогом теории Ноама Хомского об универсальной грамматике. Только Ролз заметил сходство между языком и моралью и предположил существование универсальной моральной грамматики. То есть человек обладает моральными инстинктами и существует механизм позволяющий выносить моральные суждения, основанные на бессознательных, врожденных принципах. Основываясь на логику Ролза «можно утверждать, что каждая культура строит собственную моральную грамматику». Культурные различия проявляются следующим образом – универсальная моральная грамматика содержит универсальный набор правил, и каждая культура устанавливает свои специфические исключения из этих правил. И получается, что не существует абсолютных истин, правил и абсолютной морали. Как только человек освоил моральную грамматику своей культуры, другие моральные грамматики станут для него недоступными.

Процесс вынесения морального суждения в модели Ролза принципиально отличается следующим. «Восприятие вызывает анализ причин и последствий, которые актуализируют моральное суждение. Эмоции включаются после вынесения суждения». Под контролем эмоций находятся только наши действия, а не восприятие как у Юма.

Современные теории и исследования

В рамках нашей работы наиболее актуальной является модель социально-интуитивистская. Сейчас будет представлен сравнительный анализ двух авторов – отечественного и зарубежного, которые оказались достаточно близки в своих взглядах. Каждый из исследователей опирается на слова известных философов, которые сотни лет назад высказывали свою точку зрения на эту проблему. Так, Плотин отмечал, что на бессознательном уровне достигается чистота морального принципа, а сознательный анализ, напротив, будет не всегда полезен. В свою очередь Д. Юм так же заметил, что мораль основана не на четком знании, а на чувствовании.

Джонатан Хейдт – психолог, профессор университета Вирджинии, в одной из своих статей излагает свои взгляды на механизм принятия решений в ситуации моральной дилеммы. Его подход описывает социально-интуитивистскую модель поведения, который он противопоставляет рационалистическому подходу. Стоит заметить то, что рационалистический подход являлся традиционным, и ему придерживалось большинство исследователей. С точки зрения рационалистов эмоция не оказывает существенного влияния на моральное решение. Альтернативой рационалистическому подходу является социально-интуитивистский, которого придерживается Хейдт. Этот подход основывается на философском интуитивизме, согласно которому, при постижении нравственных истин человек не предпринимает попытки рассуждений, а скорее усваивает это через процесс восприятия, при котором видит то, что они должны быть истинны без аргументов. Примером этического интуитивизма Джеферсона, на который Хейдт так же ссылается, является то, что некоторые истины «самоочевидны». Интуитивистский подход в морали говорит о том, что моральные эмоции являются первичными, и они предшествуют моральным рассуждениям. Но социально-интуитивистский подход содержит еще и «социальный» компонент. Хейдт пишет, что «моральное суждение должно изучаться как межличностный процесс». О считает, что моральные рассуждения используются для того, что бы повлиять на возникновение моральных эмоций у других людей, (а следовательно и возникновение моральных суждений). Получается, что основной момент, в котором социально-интуитивистская модель противопоставляется рационалистической, заключается в том, что моральные рассуждения редко являются причиной моральных суждений. По Хейдту рассуждения являются следствием морального суждения, которое возникло у нас автоматически под влиянием аффективных реакций. Ответ мы находим быстро, интуитивно, мы как бы знаем, что «так должно быть», а все последующие рассуждения будут подстраиваться под найденный первоначально ответ. Этот подход не исключает рационализацию, но она включается лишь при внешнем запросе и подстраивается под готовое суждение. (Чигринова маккиавелизм)

В отечественной литературе взгляды Александрова Ю.И. оказались близки к точке зрения Хейдта и его социально интуитивистской модели. В статье «эмоция и мораль» автор находит общие черты присущие и эмоциям и морали и говорит о том, что они являются «характеристиками древних, наименее дифференцированных элементов структур опыта и культуры». Александров считает, что каждый человек, совершая какое либо действие не может не учитывать реакций, ожиданий, отношений других людей. Но особенность заключается в том, что социальное воздействие такого рода совершается без потери человеком ощущения «независимости от общества». Даже при оценке своих собственных результатов, решений человек смотрит на себя «со стороны», «глазами общества» и получается, что он как бы «отчитывается» перед ним.

Особенно подчеркивает Александров то, что человек формирует в культуре свой собственный опыт, а не как принято считать «усваивает» его. Здесь уже можно найти отсылку к интуитивизму, которая выражается в том, что мы самостоятельно, опытным путем формируем нравственные ценности, а не усваиваем их посредством собственных рассуждений или рассуждений полученных извне.

Когда автор пишет непосредственно об эмоциях, то говорит о том, что одной из главных функций эмоции является обеспечение информацией. Алексадров пишет, что он согласен со взглядами тех авторов, которые считают, что базовым механизмом принятия решений являются эмоции. Так же он говорит, что такая эмоциональная оценка основывается на оппозиции «приятность-неприятность», здесь мы можем опять провести параллель к Хейдту, у которого эмоция отвращения (=неприятность) играет важную роль в принятии решения.

У Александрова в статье так же появляется формулировка «моральная интуиция». Так он объясняет, почему у людей могут быть разные решения одной и той же моральной дилеммы – дело в том, что нравственные суждения, как уже было сказано, формируются через индивидуальный опыт. Опыт, очевидно, у всех разный, а поэтому посредством моральной интуиции (в основе которой лежат индивидуальные нравственные понятия) люди могут давать разную моральную оценку. Интересно и то, как Александров описывает процесс формирования нравственных суждений. Человек, сталкиваясь с каким либо явлением, бессознательно, автоматически присваивает ему «ярлык» нравственной оценки. Деятельность, содержащая этот появившийся «ярлык», являющийся частью социальной оценки, перемещается во внутреннюю память. Позже, сталкиваясь с моральной дилеммой, человек автоматически, интуитивно находит решение, как бы «достает» из памяти «ярлык». Под интуицией следует понимать «феноменологический и поведенческий коррелят субъективного опыта полученного путём имплицитного научения». Специфика описанного процесса заключается в том, что человек демонстрирует «знания без осведомлённости». Опять вспоминаются эксперименты Хейдта, где испытуемые говорили «Я не знаю почему, но я точно знаю, что это не правильно». Александров так же приводит в пример моральную грамматику Хаузера, которая так же предполагает невозможность обучению моральному поведению.

В конце своих рассуждений автор приходит к выводу, что если моральные суждения основаны на «инстинктивном чувстве», интуиции, то следует предположить, что процесс решения моральных дилемм может быть связан с повышенной интенсивностью эмоций. И, соответственно моральные эмоции появляются до того, как человек становится способным сформулировать моральное рассуждение. Это полностью совпадает со взглядами Хейдта. Оба автора согласны и в том, что моральные рассуждения являются вторичными, и имеют значимость, как правило, в присутствии других людей.

Мы рассмотрели позиции двух исследователей, которые оказались удивительно схожи в своих взглядах, но конечно, каждый из них с разных «ракурсов» подходит к этой области, и они имеют разные «точки отсчета». Позиция Хейдта, скорее лежит в области социальной психологии, в то время как Александров пишет с позиций общей психологии, и зачастую его рассуждения находятся в рамках целостного подхода – его интересует соотношение морали и эмоций, морали и сознания, т.е. он пытается описать все как единую систему и показать связи её компонентов.

В.В. Знаков в статье «Когнитивное и аффективное бессознательное в понимании моральных дилемм», говорит о том, что существуют сферы, такие как религия, которые основаны на различных представлениях людей о морали. И к подобным экзистенциальным сферам недопустимо применять рациональное познание, так как там обнаруживаются противоречия между рациональными, логическими рассуждениями и эмоциональными переживаниями. И часто возникает ситуация, что глубинные человеческие установки невозможно преодолеть рациональными доводами, так как эти установки не опираются на логические и разумные суждения.

Стоит так же отметить, что Знаков является сторонником того, что моральные решения принимаются интуитивно, бессознательно, а так же говорит, что рассудочный выбор в таких ситуациях ведет к ошибкам.

Ключарёв в статье «Нейроэкономика: нейробиология принятия решений» выделяет так же два механизма принятия решений – эмоциональный и рационалистический. Целью его работы является попытка показать, что нерациональное поведение является «результатом эволюционного отбора, закреплённого в структуре и функциях нейронных сетей нашего мозга».

Стоит для начала отметить то, что работа написана в рамках нейроэкономики. Нейроэкономика представляет собой междисциплинарную модель, соединяющую знания из биологии, экономики и психологии, которая изучает и объясняет механизмы принятия решений. В первую очередь это имеет значимость для экономической науки, поскольку там каждое принятое решение существенно может изменить положение дел. Но и психология имеет свой не малый вклад в эту область. Для нас интересным является применение теории принятия решений к психологии морали, а конкретно к решению моральных дилемм.

Итак, в нейроэкономике принята механистическая модель принятия решений. Выбор поведения происходит на уровне специализированных нейронных сетей. Нейронные сети призваны регулировать оценку «за» и «против» при выборе поведения. Получается, нейрон, принимающий решение, аккумулирует информацию о имеющихся поведенческих альтернативах и выбирает более оптимальную. Алгоритм сравнения альтернатив действует по принципу, при котором выигрывает сильнейший за счет подавления конкурента. Развитие эта теория получила в том, что удалось установить существование порога. То есть, как только нейрон, отвечающий за принятие решения, достигает определённого порогового уровня, принятое решение неотвратимо. Экспериментально подтверждено, что если воздействовать электричеством на такие нейроны, то можно повлиять на принятое решение.

Нейроэкономика интересуется процессами, происходящими на этапе определения субъективной ценности альтернатив, так как именно здесь происходит оценка и выбор действия, результат которого приведёт к достижению наибольшей выгоды.

В разделении систем принятия решений автор опирается на работы Канемана, который выделяет два типа процессов: автоматические, быстрые, бессознательные и целенаправленные, медленные, произвольные. Ключарев описывает результаты МРТ, в которых было обнаружено следующее: предъявляя испытуемому ситуацию неопределённости, которая включает в себя выбор из альтернатив «согласиться на несправедливое решение и получить меньший выигрыш или не соглашаться с несправедливым решением, и тогда ни испытуемый ни противник не получат ничего», наблюдается активность островковой коры, которая вовлекается в обработку негативной эмоциональной информации и особенно активизирована при эмоции отвращения. При этом активность островковой коры пропорциональна степени несправедливости предложения. Так же при этом наблюдали активность верхних областей лобной коры правого полушария и поясной извилины. Эти области активируются при запуске когнитивных процессов самоконтроля и при внутренних конфликтах. Итак, по соотношению активности лобной и островковой коры можно предугадать отвергнет или примет испытуемый несправедливое предложение. Если несправедливое предложение (но экономически более выгодное) отвергалось (нерациональный выбор), то активна была островковая зона. А если предложение принималось(рациональный выбор), то лобная кора была более активна. Результаты этого эксперимента наглядно демонстрируют взаимодействие рациональных и эмоциональных процессов в момент принятия решений. Стоит отметить, что к подобным результатам приходило множество исследователей, например Дж. Грин занимался изучением активности коры головного мозга во время предъявления испытуемым моральных дилемм. (Грин) Данный исследователь является сторонником мультисистемного подхода, который предполагает наличие двух систем морального выбора – рациональной и интуитивистской. В зависимости от ситуации человек руководствуется одной из этих моделей. Если ситуация обезличенная то вступает в действие рациональная модель, а если ситуация затрагивает личные чувства, то он руководствуется интуитивистской моделью.(Карбалевич) То есть, решающим фактором того, каким принципом будет руководствоваться субъект в ситуации морального выбора, будет являться личностная значимость ситуации.

Так же было выявлено, что если испытуемого ввести в негативное эмоциональное состояние, перед предъявлением условий несправедливой ситуации, то значительно чаще несправедливое предложение будет отвергаться (нерациональный выбор). Это демонстрирует тот факт, что незначительные изменения эмоционального состояния, даже не имеющие отношения к текущей задаче, влияют на решения испытуемого.

Теперь соотнесем эти результаты с нейроэкономической концепцией принятия решений. Получается есть 2 типа нейронных сетей – эмоциональные (островковая кора) и когнитивные (лобная кора), и принятие окончательного решения осуществляется по результатам сравнения эмоциональной и когнитивной оценок, и если разница между двумя альтернативами достаточно велика (достигает порога), то принимается решение в пользу «лучшей» альтернативы.

Отдельную часть своей работы Ключарев уделяет теме «Нейроэкономика морали в принятии решений». Автор пишет, что принятие эмоционального или рационального решения зависит от типа моральной дилеммы. В первую очередь он указывает, является ли дилемма персонифицированной. Дело в том, что в дилемме такого типа «эмоциональный накал» ситуации сильнее и поэтому человеку трудно мыслить рационально в таком случае. А если дилемма не персонифицирована, то эмоциональное давление ниже, и может происходить рациональное осмысление происходящего. Таким образом, на принятие решения влияет то, насколько сильно моральная дилемма способна вызывать эмоции.

Ключарев, ссылаясь на экспериментальные данные, пишет, что эмоциональные и рациональные механизмы принятия решений должны находиться в гармонии, то есть быть уравновешены. Это говорит о том, что излишняя рациональность (или наоборот) может приводить к неверным решениям. И если рациональные механизмы не подкрепляются эмоциями, то наше поведение демонстрирует нерациональный выбор, как это ни парадоксально звучит.

В заключении автор указывает, что автоматическая, быстрая, эмоциональная система принятия решений возникла раньше, и ориентирована на адаптацию к быстро меняющимся условиям. Но эта система плохо применима к современным реалиям экономической действительности и поэтому приводит к экономически не выгодным решениям. Поэтому стало важным формирование произвольной, рациональной системы, которая корректировала бы действия непроизвольной системы. Человека нужно понимать в единстве этих двух систем, не переоценивая роль каждой из них.

Эмпирическое исследование

Обоснование гипотезы исследования

Гипотеза нашего исследования была следующей: лингвистическая конструкция моральной дилеммы влияет на принятие решения. Гипотеза сложилась в результате перенесения теории Канемана на сферу морали. Согласно этой теории, выбор человека в ситуации неопределенности зависит от того, как представлены варианты решения – в терминах потерь или приобретений. И, соответственно, предпочтительным является вариант, представленный в терминах приобретений. Свою теорию Канеман разрабатывал применительно к сфере экономики, и там она нашла подтверждение, люди действительно совершают свой выбор, незаметно оказываясь под влиянием формулировки. Эта теория противоречит мнению о том, что человек совершает выбор путем рациональных рассуждений.

Как было описано выше, процесс принятия решений состоит из двух фаз – редактирования и оценки. Фаза редактирования заключается в том, что происходит переформулировка и упрощение информации, и представление её в терминах потерь и приобретений. На основе этого упрощения, на следующей стадии происходит выбор. Эксперименты Канемана заключались в том, что он брал под контроль стадию редактирования, заведомо упрощая информацию, предоставляя возможные варианты решений в терминах потерь и приобретений, и воздействовал, тем самым, на выбор, оценку испытуемых.

Ситуация морального выбора – моральная дилемма, характеризуется в первую очередь тем, что не имеет единственно верного решения и её исход в любом случае связан с определенными потерями и приобретениями. То есть, моральная дилемма это частный случай ситуации неопределенности. Поэтому представляется возможным так же заведомо формулировать варианты исхода.

Механизмы принятия моральных решений чаще всего описывают как рациональные или эмоциональные. Перенесение теории Канемана на сферу моральных дилемм противоречит точке зрения рационалистов. Ведь если человек поддается влиянию формулировки и не учитывает объективных фактов, то сложно назвать его поведение рациональным. На этом основании, мы делаем теоретическое допущение о том, что если формулировки действительно влияют на моральный выбор, то эмоциональный компонент является первичным в механизме принятия решений в моральной дилемме.

Поэтому наша гипотеза о том, что в ситуации морального выбора, на принятие решения оказывает влияние формулировка, предполагает так же и то, что человек ведет себя в подобных ситуациях не рационально и находится во власти эмоций.

Так же, помимо варьирования формулировок и учета вариантов ответа мы измеряли то, насколько сильно испытуемые испытывают те эмоции, которые традиционно относят к моральным – отвращение, вина и стыд.

Список литературы

Александров Ю.И. Эмоция и мораль // Методология и история психологии. 2008. Том 3. Выпуск 3. С. 186-208.
 
Горбачева Е.И. Нормативная диагностика нравственной сферы личности // I Международная заочная научно-практическая конференция «Социология и психология: вклад в развитие личности и общества»: сборник материалов конференции (31 октября 2011). С. 3-8.
 
Знаков В.В. Когнитивное и аффективное бессознательное в понимании моральных дилемм //Нравственность современного российского общества. Психологический анализ. Ред. Журавлев А.Л., Юревич А.В. 2012. С. 77-91.
 
Канеман Д., Словик П., Тверски А. - Принятие решений в неопределенности: Правила и предубеждения. 2005.
 
Канеман Д., Тверски А. Рациональный выбор, ценности и фреймы // Психологический журнал. – 2003. – Т. 24. - № 4. - С. 31-42.
 
Канке В.А., Современная этика, «Омега-Л», 2007 г., с. 46-50
 
Кант И. Соч.: В 8 т. М., 1994. Т. 4. С. 410
 
Карбалевич А.С. Мультисистемная модель категоризации действий в условиях морального выбора // Актуальные проблемы гуманитарных и общественных наук. 2013. №9(30).
 
Ключарев В.А., Шмидс А. Нейроэкономика. Нейробиология принятия решений // Экспериментальная психология. 2011. Том 4, №2, с. 14-35 
 
Молчанов С.В. Мораль справедливости и мораль заботы: зарубежные и отечественные подходы к моральному развитию // Вестник Московского университета: научный журнал / Ред. А.Н. Леонтьев, С.Д. Смирнов. – 2011. – № 2. С. 59-72. 
 
Плаус С. Психология оценки и принятия решений / Перевод с англ. — М.: Информационно-издательский дом “Филинъ”, 1998.
 
Психология. А-Я. Словарь-справочник / Пер. с англ. К. С. Ткаченко. — М.: ФАИР-ПРЕСС. Майк Кордуэлл. 2000.
 
Рудык Н.Б. Поведенческие финансы или между страхом и алчностью. - М.: Дело, 2004.
 
Чигринова И.А. Принятие неопределенности и макиавеллизм в регуляции морального выбора // психологические исследования: электронный научный журнал.
 
Чиргинова И. А. Две основные парадигмы понимания морального выбора в современной когнитивной психологии // Вопросы психологии. 2013. №6.
 
Хаузер М. Мораль и разум. М.: Дрофа, 2006.
 
Cognitive Load Selectively Interferes with Utilitarian Moral Judgment/ Joshua D. Greene, Sylvia A. Morelli,Kelly Lowenberg, Leigh E. Nystrom, and Jonathan D. Cohen.// «Cognition»; 2008. 4 December.
 
Disgust as embodied moral judgment/ Jonathan Haidt, Schnall Simone, Clore Gerald L. Jordan Alexander H.//ersSocPsychol Bull. 2008. №34 (1096).
 
Jonathan H.The Moral Emotions// Oxford University Press. Nussbaum, Martha. 2003. pp. 475-500.
 
Jonathan H. The emotional dog and its rational tail: A social intuitionist approach to moral judgment // Psychological Review. 2001. 108, 814-834.
 
Some Moral Dilemmas (http://www.friesian.com/valley/dilemmas.htm)
 
Загрузка...
Комментарии
Отправить