О возможности использования данных антропологии в криминалистике

Загрузка...

Г.Н. Мухин

Исследование современных достижений антропологии, ее предмета и системы, приобрело особую актуальность в связи с появлением понятия криминалистической антропологии и последовавшими за этим критическими замечаниями, ставящими под сомнение саму возможность существования названного направления в криминалистике [1, 2]. Представляется, что процесс разработки понятия и структуры криминалистической антропологии во многом затрагивает концептуальные проблемы всей криминалистической науки, ее системы и определения перспективных направлений ее развития. Именно это и послужило основанием решения о необходимости подготовки данной работы, установления тех направлений использования специальных знаний в области антропологии, которые позволяют сделать ряд важных для теории криминалистики выводов, связанных с определением места этих знаний в теории криминалистики и практике раскрытия преступлений.

Термин “антропогогия” греческого происхождения (антропос человек, логос наука) и означает в широком представлении совокупность различных областей знаний о человеке, науку о человеке. Поэтому, антропологию можно определить как науку о человеке, совокупность научных дисциплин, занимающихся изучением человека, его происхождения, развития и существования в естественной и искусственной среде. Важным для нашего исследования является замечание о том, что “антропология наука о человеке, занимающая пограничное положение в системе дисциплин естественного и гуманитарного цикла” [3, c.6]. Первое упоминание термина “антропология” о относится к античной эпохе (Аристотель, IV век до н.э.), а формировалась эта наука в 1819 в.в. Известно широкое понимание термина “антропология” как универсальной науки о человеке, [3, c.6] объединяющей знания различных направлений истории, психологии, медицины, культуры, языка и др. Т.о. речь идет о системе наук о человеке, которые затем становились самостоятельными научными дисциплинами.

Проецируя эти подходы на систему криминалистической антропологии, отметим, что включение в ее структуру совокупности знаний, объединенных лишь в рамках криминалистического учения о следах и криминалистической габитоскопии, представляется весьма упрощенным. Иными словами, использование специальных антропологических знаний в криминалистике можно понимать в широком и узком смысле, когда в первом варианте это система специальных знаний, аккумулирующих достижения различных наук о человеке, а во втором более “конкретизированное понимание антропологии как науки преимущественно о физической организации человека [3, c.6]. Для современной антропологии характерны новые направления ее развития, например, молекулярной антропологии, а также интенсивные исследования генетических, медицинских и иных аспектов.

Для криминалистической науки особый интерес представляют сведения из различных научных разделов и отдельных дисциплин, образующих систему антропологии и содержащих конкретные сведения о внешних признаках человека, особенностях его поведения (в т.ч. и преступного) и специфике оставляемых им следов, т.е. тех данных, которые прямо могут быть использованы в криминалистических целях. Такие сведения принято называть криминалистически значимыми, т.е. важными для раскрытия преступлений, установления преступника по совокупности оставляемых им материальных и идеальных следов.

Подчеркнём еще раз, что термин “антропология” может толковаться расширительно как совокупность наук о человеке. Такой подход актуален с точки зрения комплексного подхода к современному развивающемуся направлению криминалистической антропологии, определению ее предмета, системы и места в криминалистике, а именно: а) как отрасли криминалистической техники или же б) как частной криминалистической теории. Криминалистическая антропология является составляющей науки криминалистики, а определение ее предмета и системы заслуживает самостоятельного исследования. Однако и сейчас понятно, что криминалистика, используя достижения иных наук в раскрытии преступлений, требует применительно к криминалистической антропологии анализа и систематизации различных наук о человеке, применительно к решению криминалистических задач.

В этой связи следует обратить внимание на систему антропологии, в структуре которой для криминалистики интерес прежде всего представляет биологическая антропология наука о происхождении и эволюции физической организации человека и его рас. Биологическая антропология включает такие разделы, как антропогенез (эволюция человека), морфология человека (закономерности индивидуального развития человека), учение о конституции человека и расоведение (этническая антропология). Эта часть специальных антропологических знаний ценна для решения криминалистических задач в части исследования биосоциальной сущности человека в целом, его соматического статуса, т.е. изучения человека с эволюционной и биологической точек зрения. Кроме названных отраслей антропология включает также философскую антропологию (учение о существовании человека и его отношениях с миром), социальную (культурную) антропологию (этнографию) и др. [4].

Биология человека является той областью научных знаний, которая включает почти все содержание антропологии, обогащенное методами и фактами смежных биохимических дисциплин. Этот весьма привлекательный для извлечения криминалистически значимых сведений раздел антропологии изучает физиологические, биохимические и генетические факторы, влияющие на вариации строения и развития человека. Здесь же изучаются значимые для криминалистики сведения о результатах исследования гемоглобинов крови, групп крови, связи конституции человека с его физиологическими и химическими особенностями, предрасположенностью к различным заболеваниям.

В учебной литературе по антропологии выделены такие ее составляющие, как конституциональная антропология, где конституция человека рассматривается как комплексная биомедицинская проблема, включающая морфологические, функциональные, психофизиологические, психологические и генетические аспекты [3, c.175-222]. Еще раз подчеркнем, что для криминалистической антропологии важны данные биологии человека, связанные не только с его строением, но и те из них, которые определяют особенности его функциональных признаков и признаков преступного поведения.

Интерес для криминалистики представляют, например, следующие данные, относящиеся к разделу конституциональной антропологии:

- свойства темперамента (реактивность, чувствительность, эмоциональность) связаны с индивидуальными различиями эндокринного статуса;

- на поведение человека влияют различные гормоны, в условиях напряженной деятельности гормональный статус человека закономерно связан с его индивидуально-психологическими особенностями;

- в патологии роль нейроэндокринного статуса особенно рельефна;

- различия в строении и составе тела человека связаны с физиологическими и биохимическими особенностями;

- помимо наследственного на функциональный и биохимический статус влияют и многие иные факторы, в т.ч. и такие, как сезонно-климатический, геохимический, социально-экономический;

- концепция биохимической индивидуальности основывается на данных об исключительном внутригрупповом разнообразии биохимического статуса человека и важной роли этой изменчивости в процессе нормальной жизнедеятельности и возникновении различных заболеваний; отмечается высокая индивидуализация содержания в крови калия, натрия, кальция, магния, фосфора, брома, ряда гормонов и др. составляющих;

- в патологии характер распределения биохимических показателей может нести важную биологическую и генетическую информацию [3, c.188-195];

- в процессе решения антропологических задач широко используются методы физической и медицинской антропологии , а именно антропоскопические методы оценки и антропометрические методы измерений морфологических особенностей человеческого тела;

- к описательным признакам, степень выраженности которых оценивается в баллах, в антропологии относится, например, пигментация кожи, особенностям осанки, формы отдельных частей тела, вторичные половые признаки; антропоскопические методы широко используется в таком разделе физической и медицинской антропологии, как дерматоглифика, и разрабатываемой в настоящее время криминалистической дерматоглифики как отрасли криминалистической техники [5, 6]; в настоящее время криминалистическая дерматоглифика является, пожалуй, наиболее ярким примером продуктивной реализации специальных антропологических знаний в криминалистике.

Названная информация может быть использована в криминалистике в различных вариантах, например, в выявлении связей биохимических особенностей следов крови неустановленного преступника с его функциональными, конституциональными, психопатологическими особенностями, внешнеповеденческими признаками и т.д., или же наоборот в анализе функциональных и конституциональных особенностей, специфики внешних признаков и признаков преступного поведения, выявленных по показаниям очевидцев, и последующем выдвижении предположения о возможных психосоматических аномалиях неустановленного преступника. Эта информация имеет значение для проведения криминалистических идентификационных исследований самого широкого спектра в первую очередь, для выявления признаков соматических и психических отклонений у неустановленного преступника. В этой связи весьма интересны для криминалистики и результаты исследования биохимической “нормы” здорового человека как основы для выделения “контингентов риска”, поскольку отклонения в них идут в том же направлении, что и в патологии [3, c.185]. В рамках криминалистической антропологии эта информация преобразуется в закономерные связи между биохимическими, психическими, соматическими, внешнеповеденческими особенностями человека, а перечисленные элементы во многом определяют структуру исследуемого направления криминалистической науки. При этом уместно еще раз обратить внимание на закономерные связи с такими направлениями антропологической науки, как морфология, морфофизиология, морфологические и функциональные аспекты конституции человека, возрастная антропология и др.

Морфология прямо связанна с исследованием индивидуальных особенностей человека, что, естественно, имеет прямой выход на решение чисто криминалистических задач. Это раздел антропологии достаточно детально и давно используется в криминалистике, определяя содержание и структуру, например, таких отраслей криминалистической техники, как криминалистическая антропоскопия, криминалистическая габитология. Однако, обширный материал, связанный с современными достижениями антропологической науки, требует систематизации и интеграции разрозненных сведений для решения идентификационных криминалистических задач более высокого познавательного уровня.

Морфология подразделяется на соматологию и мерологию. Соматология тесно связана с медициной, изучает закономерности индивидуальной изменчивости человеческого организма в целом, возрастные изменения, влияние биологических и социальных условий на строение тела, конституцию человека, имеет особое значение для установления норм физического развития, темпов роста. Мерология изучает вариации отдельных частей организма, проводит сравнительно-аналитические исследования.

Очевидно, что специальные знания в области соматологии не могли не использоваться на протяжении всего исторического пути развития криминалистики, начиная с момента ее возникновения как науки об установлении преступника по его следам, т.е. отображениям результатов его преступного поведения в окружающей среде. Все это еще раз подчеркивает истинную природу криминалистической науки как науки об использовании достижений естественных и технических наук в раскрытии преступлений. Представляется в связи с этим, что на образование системы криминалистической антропологии, наряду с перечисленными выше знаниями в области биологической антропологии, соматологии, оказывают существенное влияние и иные достижения различных сфер научного знания о человеке физиологии, генетики, эндокринологии, неврологии, нейрофизиологии, дерматоглифики, психологии, психиатрии и др. Понятно, что достижения антропологии как науки о человеке, не могут ограничиваться использованием их результатов только в криминалистической габитоскопии, а закономерно требуют систематизации всего комплекса антропологических данных в сфере науки о раскрытии преступлений, образуя в конечном итоге систему научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по использованию данных различных наук о человеке в целях раскрытия преступлений. Т.о. решение задач раскрытия преступлений требует от криминалистической антропологии применения достижений и иных, смежных с антропологией, наук о человеке, данные которых являются значимыми с криминалистической точки зрения.

Существующие различные точки зрения на систему антропологии изменяются в зависимости от сферы научных познаний того, кто определяет ее понятие и ее систему социологи, психологи, биологи, генетики и др. Различные подходы к определению предмета и системы антропологии позволяют распространить их и на процесс определения криминалистической антропологии как комплексной системы знаний о человеке, представляющих научную и практическую ценность с точки зрения решения криминалистических задач, т.е. задач раскрытия преступлений. С криминалистической антропологией, например, связаны такие науки, данные которых уже давно продуктивно используются при экспертных исследования пола и возраста человека (остеология, одонтология, антропометрия и др.).

Существующие в настоящее время научные разработки рассматривают криминалистическую антропологию как новую научную дисциплину, но в жесткой связи с криминалистической габитоскопией. Естественно, что при таком упрощённом подходе полностью теряется актуальность и новизна этого научного направления и специфика использования его возможностей в практике раскрытия преступлений. Анализ же специальных антропологических знаний с точки зрения их значимости для указанной практики диктует подход, при котором под криминалистической антропологией следует понимать систему научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по использованию сведений о специфике внешнеповеденческих признаков, биологических следов, врожденных психосоматических особенностях, специфике личности и преступного поведения в раскрытии преступлений. В качестве уже существующих примеров использования специальных антропологических знаний в раскрытии преступлений можно привести разработки проблем криминалистической дерматоглифики и установления связей между формами психических расстройств и особенностями внешнеповеденческих признаков преступника. Под внешнеповеденческими признаками мы понимаем совокупность признаков внешности человека (анатомических, функциональных), речевых и психических свойств, эмоциональных признаков, выраженных индивидуально-психологических особенностей [7, c.85].

Для криминалистической антропологии особое значение приобретают идентификационные возможности установления личности преступника через систему его биологических, психологических, демографических и иных признаков, свойств, качеств), получивших свое закономерное отражение в окружающей среде в процессе совершения преступления, допреступного и посткриминального поведения. Специальные антропологические знания могут быть использованы и в процессе установления связей между названными выше элементами структуры личности преступника, например, установление психических отклонений неустановленного преступника по особенностям его поведения, выдвижение предположений о профессиональных навыках преступника, исходя из информации об особенностях его речевых свойств и оставленных им следов-отображений.

Криминалистическая антропология исследует, применительно к решению задач раскрытия преступлений, широкий спектр специальных знаний и современные достижения антропологии, психологии, медицины, генетики и др. наук, в рамках которых накоплен значительный объем тех сведений, которые, по известному определению, прямо просятся в криминалистику. Однако этот объем в значительной своей части остается неиспользуемым, а отдельные попытки развития самого направления криминалистической антропологии не находят поддержки и даже встречают противодействие, связанное, опять же, с непродуктивными попытками зауженного понимания ее предмета.

Вопрос о соотношении предметов наук, данные которых должны быть использованы в криминалистической антропологии, не является существенным для криминалистики при принятии за основу понимания антропологии как системы всех наук о человеке, а криминалистической антропологии, соответственно, как системы специальных знаний, приспособленных для решения криминалистических задач. Представляется важным еще раз обратить внимание на тот факт, что иные подходы, связанные с сужением круга наук о человеке, используемых в рамках криминалистической антропологии, допустимый в процессе решения дидактических задач, не является продуктивным в процессе решения научных задач формирования этого направления в криминалистике, а также в практике раскрытия преступлений.

Другими словами, для криминалистической антропологии не принципиально отнесение тех или иных свойств (пол, возраст и др.) к тем или иных структурным элементам личности (социально-биологическим или социально-демографическим), а важно то, что в результате происходит установление названных признаков через систему антропологических сведений в широком смысле слова, т.е. через систему данных всех наук о человеке, позволяющих связать его внешние признаки, признаки преступного поведения (внешнеповеденческие признаки) и следы с решением задачи установления личности преступника. Отличие же от иных учений и теорий заключается в том, что названные связи изучаются в первую очередь в связи с врожденными психосоматическими особенностями личности, а не ее социальным статусом и профессиональными навыками.

Т.о. основными направлениями использования специальных антропологических знаний в раскрытии преступлений и возможными базовыми понятиями и структурными элементами криминалистической антропологии являются содержащиеся в системе антропологических наук криминалистически значимые сведения о а) внешних признаках человека в их связи с расовыми, иными демографическими признаками и психосоматическими особенностями личности; б) признаках преступного поведения, анализ которых позволяет связать их с теми же признаками и особенностями личности неустановленного преступника; в) особенностях следовой информации в зависимости от названых признаков и особенностей (например, зависимость дерматоглифических характеристик от расовых, психосоматических и иных признаков личности преступника). Приоритетным для криминалистической антропологии являются исследования врождённых особенностей преступного поведения человека и оставляемых им следов. Под преступным поведением мы понимаем систему взаимосвязанных реакций психофизиологического характера со стороны субъекта в период совершения преступления, последовательность (ход) его действий, особенности преступной деятельности (функционирования), детерминируемые как психофизиологическими особенностями субъекта, так и сложившимися на данный момент особенностями внешнего характера, т.е. особенностями окружающей среды [7, c.14]

Как преступные, так и профессиональные навыки проявляются в преступной деятельности и могут быть также связаны с особенностями антропологического статуса и исследоваться в пределах учения о преступном поведении и о поведении человека (этологии). Последнее концептуальное теоретическое положение заслуживает отдельных пояснений в рамках анализа понятия и сущности этологии.

Этология человека - это наука, базирующаяся на применении методов и законов этологи (науки о поведении животных) к исследованию поведения человека. В специальной литературе отмечается, что этология оказала глубокое воздействие на такие медицинские дисциплины, как социальная медицина, психиатрия и психосоматическая медицина [8,9]. В этой связи перспективным представляется взгляд на предмет криминалистической этологии в системе криминалистической антропологии, в которой специфика преступного поведения исследуется наряду с врожденными особенностями личности преступника и следовой информации, т.е. результатов отражения его преступного поведения в окружающей среде.

Для криминалистической антропологии весьма существенным является результат детализации связей антропологических характеристик и следов-предметов, следов-веществ и следов-отображений, например, связей дерматоглифической информации (следы-отображений), генотипоскопической информации, содержания отдельных веществ в крови (следы-вещества) и психосоматических отклонений. Другими словами, антропологические данные позволяют устанавливать, как соматические и психические особенности личности отражаются в следах, а систематизация этих сведений позволяет использовать их в процессе раскрытия преступлений, установления преступника по его следам. В заключение необходимо еще раз обратить внимание на следующие важные выводы, которые следуют из анализа современного состояния разработки проблем использования специальных антропологических знаний в системе криминалистики:

- использование достижений естественных и технических наук в процессе раскрытия преступлений закономерно приводит к расширению существующих или же появлению новых ее отраслей, а процесс разработки понятия и определения системы криминалистической антропологии во многом затрагивает концептуальные проблемы всей криминалистической науки, ее системы, определения перспективных направлений ее развития;

- сложные дискуссионные вопросы, связанные с решением структурно-познавательных проблем криминалистики, закономерны, т.к. связаны с комплексным характерам криминалистической науки, требующей постоянного отслеживания достижений научно-технического прогресса и анализа возможности их использования в раскрытии преступлений;

- среди перспективных направлений развития криминалистической науки особое значимы те, которые связаны с использование достижений естественных и технических наук в раскрытии преступлений; эти направления отражают природу всей криминалистики, и не противоречат определению природы криминалистики, т.к. исследуемые ею закономерности связаны с преступлением и поисково-познавательной деятельностью по его раскрытию;

- разработка проблем криминалистической антропологии в жесткой связи с учением о следах человека и криминалистической габитоскопией являются упрощённым подходом, при котором полностью теряется актуальность и новизна этого научного направления как частной криминалистической теории или же отрасли криминалистической техники;

- анализ антропологических знаний с точки зрения их значимости для практики раскрытия преступлений позволяет определить криминалистическую антропологию как систему научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по использованию сведений о специфике внешнеповеденческих признаков, биологических следов, врожденных психосоматических особенностях, специфике личности и преступного поведения в процессе раскрытия преступлений.

ЛИТЕРАТУРА

1. Дубягин, Ю.П. Криминалистическое отождествление человека в обычных условиях и в чрезвычайных ситуациях // Ю.П. Дубягин : дис. д-ра юридических наук : 12.00.09. Москва, 2002. 255 с.

2. Пичугин, С.А. Криминалистическая антропология и физиогномика: миф или реальность? / С.А. Пичугин // Вестник криминалистики. 2013. № 1 (45). С. 8-11.

3. Христианова, Е.Н. Антропология : учебник / Е.Н. Христианова, И.В. Перевозчиков, М.: Изд-во Моск. ун-та: Наука, 2005 . 400 с.

4. Харитонов, В.М. Антропология : Учеб. для студентов вузов / [В. М. Харитонов, А. П. Ожигова, Е. З. Година и др.]. - М. : ВЛАДОС, 2003. - 271 с.

5. Мухин, Г.Н. Криминалистическая дерматоглифика : монография / Г.Н. Мухин, О.Г. Каразей, Д.В. Исютин-Федотков. Минск, 2006. 91 с.

6. Яровенко, В.И. Проблемы применения дерматоглифических исследований в криминалистике: автореф. дис. докт. юрид. наук / Уральская гос. юрид. академия. Екатеринбург, 1996. 40 с.

7. Мухин, Г.Н. Криминалистическая теория отклоняющегося преступного поведения : монография / Г.М. Мухин; М-во внутр. дел Респ. Беларусь, Акад. МВД. Мн. : Акад. МВД РБ, 2001. 215 с.

8. Бутовская М.Л. Этология человека: история возникновения и современные проблемы / М.Л. Бутовская // Этология человека на пороге 21 века : новые данные и старые проблемы : сб. ст. / Рос. гос. гуманитар. ун-т, Ин-т культур. антропологии; [Отв. ред. М. Л. Бутовская]. М., 1999. С. 12-71.

9. Этология человека на пороге 21 века: новые данные и старые проблемы = Human ethology on the threshold of the twenty-first century: new fact and old problems / Рос. гос. гуманитар. ун-т, Ин-т культур. антропологии; [Отв. ред. М. Л. Бутовская]. М., 1999. 487 с.

Загрузка...
Комментарии
Отправить