К вопросу об юридической природе, содержании и нормативном закреплении права личности на безопасность

Признание российским государством де-юре на уровне реализации конституционных положений соблюдения прав и законных интересов в сфере обеспечения безопасности позволяет констатировать устойчивость и общую позитивную направленность тенденций развития российской демократии [1, с. 3]. Сегодня ни у кого не вызывает сомнения факт того, что безопасность личности является важнейшей социальной ценностью, требующей должной правовой регламентации и соответствующего механизма обеспечения со стороны государства. Безопасность личности, в свою очередь, рассматривается на теоретическом уровне, как состояние защищенности прав, свобод и законных интересов индивидов от опасностей (вызовов) и угроз, действие которых наносит или способно причинить вред физическому и нравственно-духовному состоянию человека [2, с. 99].

Не смотря на то, что многие аспекты безопасности личности и ее обеспечения нашли должное закрепление в нормах действующего законодательства, легальное определение безопасность личности, отсутствует. Как верно отмечает Т.Г. Командирова, не смотря на то, что сущность безопасность личности вытекает из понятия национальная безопасность, закрепленного в Стратегии национальной безопасности до 2020 г., отсутствие законодательного закрепления понятия безопасность личности является определенным упущением законодателя [3, с. 52].

Более того, отметим, что безопасность личности связана с притязанием индивида находится в состоянии защищенности или предупреждения от различного рода угроз во всех сферах жизнедеятельности. Это актуализирует проблему институализации безопасности личности в одноименный правовой институт и соответствующее конституционное право личности на безопасность, которое не получило должного нормативного закрепления. В соответствии с ч. 1 ст. 55 Конституции РФ, перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. Однако, не вызывает сомнения факт того, что право личности на безопасность, получившее фрагментарное закрепление в нормах отраслевого законодательства, претендует на определение собственного содержания и места в системе прав и свобод человека и гражданина.

Характеристику понятия права личности на безопасность целесообразно начать с обращения к анализу правовой природы самого данного права. На наш взгляд, эта природа носит двоякий характер.

Во-первых, право личности на безопасность является одним из фундаментальных прав человека, занимающее особое место в их системе и выступающее элементом правового статуса личности.

Во-вторых, право личности на безопасность есть, в сущности, субъективное право, как элемент содержания различного вида правоотношений, в том числе правоотношений, складывающихся по поводу и в связи с обеспечением безопасности личности.

Право личности на безопасность фундаментальное право человека.

Право на безопасность, не смотря на свое отсутствие в качестве обособленного права в действующем российском законодательстве, является основным фундаментальным правом человека. Основные права человека носят всеобщий характер и призваны системно обеспечивать достойную жизнь и развитие личности. Безопасность является именно таким социальным благом, которое необходимо личности для полноты реализации иных жизненно важных интересов. В свою очередь, право на безопасность личности, безусловно, является одним из таких фундаментальных прав человека. Нет сомнения в том, что само социальное благо такое как безопасность возникло до формирования права на него, однако с момента появления правового регулирования безопасность личности как самостоятельное правопритязание начинает приобретать нормативное выражение и специфическое юридическое содержание.

Но отсутствие нормативного закрепления права личности на безопасность в действующем законодательстве никоим образом не должно умалять его наличия и должно быть признано в государстве независимо от его формальной определенности. В этой связи стоит согласиться и с мнением А.А. Опалевой о том, что нечеткое представление личности о своем праве лишает ее возможности пользоваться им в полной мере, а с другой стороны затрудняет выполнение государством обеспечительной функции в отношении данного права [4, с. 3]. Таким образом, нормативное закрепление права на безопасность предоставило бы личности, реальную возможность свободно пользоваться данным благом в границах и в порядке, обозначенных в законе [5, с. 34], с одной стороны, и возложило бы на государство обязанность по созданию юридического механизма обеспечения данного права, с другой стороны.

В этой связи актуализируется необходимость надлежащего юридического оформления права личности на безопасность в действующем законодательстве. Объективация права личности на безопасность в действующем законодательстве, в свою очередь, позволит:

- придать данному праву общезначимость как на отраслевом, так и конституционном уровнях;

- уточнить нормативное содержание и пределы права личности на безопасность;

- классифицировать виды данного права с учетом сфер реализации, средств обеспечения (защиты), объектов и иных критериев;

- достигнуть гармонизации интересов личности, общества и государства в сфере обеспечения безопасности;

- возложить обязанность на государство по обеспечению данного права при одновременном гарантировании недопустимости незаконного ограничения данного права в целях реализации интересов иных субъектов (общества и государства).

Право личности на безопасность может представлять собой реальную возможность личности находиться в безопасных условиях существования и получение экстренной помощи в случае возникновения опасного для ее жизненных интересов состояния. Проф. А.А. Тер-Акопов отмечает, что такое право (на безопасность) будет действовать только до того момента, как опасность устранена и сам человек оказался в нормальных, социально установленных условиях жизнедеятельности [6, с. 14]. Специфика данного права заключается в том, что оно реализуется, по большей части, вне зависимости от волеизъявления нуждающегося человека (хотя такой вариант так же не исключается), а в большей степени обусловлено обязанностью государства создавать условия безопасного существования и дальнейшего развития личности, посредством прогнозирования, предупреждения, устранения и минимизации различного рода угроз причинения вреда жизненно важным интересам личности и полноте их реализации, а также путем обеспечения всесторонней помощи человеку, оказавшемуся в опасном состоянии.

Таким образом, право личности на безопасность должно существовать и гарантироваться государством постоянно, как и иные конституционные права, а реализоваться лишь в случае возникновения реальной угрозы полноте реализации жизненно важных интересов или в случае причинения им конкретного вреда. Другой вопрос, что реализация личностью своего права на безопасность ставится в зависимость от понимания и оценки ею потенциально опасного состояния, характера угроз полноте реализации её жизненно важным интересам, осознания необходимости и возможности нахождения в более безопасных условиях для своей жизнедеятельности, а порою и желания нахождения в состоянии опасности (увлечение человеком экстремальными видами спорта и др.) и т.д.

Характеризуя право личности на безопасность в качестве основного фундаментального права мы пришли к выводу о том, что оно представляет собой достаточно сложное по своей юридической природе правопритязание. Прежде всего, право личности на безопасность представляет собой меру возможного поведения личности в ситуациях, характеризующихся наличием разностепенных угроз полноте реализации жизненно важным интересам этой личности. Данная мера закрепляется в нормах объективного права. Кроме того, понятием права личности на безопасность охватывается также обязанность государства, во-первых, по созданию условий для реализации личностью своих прав и свобод, полноценного развития ее посредством прогнозирования, предупреждения, минимизации, устранения угроз (процесс управления рисками), которые могут причинить вред жизненно важным интересам личности, либо препятствовать полноте их реализации (охранительно-защитный аспект), и, во-вторых, по гарантированию оказания многоплановой и всесторонней помощи личности, оказавшейся в опасном состоянии (восстановительный аспект).

Специфика права личности на безопасность состоит еще и в том, что оно незримо присутствует фактически в каждом из основных прав, закрепленных в действующей Конституции РФ. По словам Д.А. Ягофарова, право личности на безопасность как самостоятельное право, хотя и не входит в перечень конституционных прав и свобод, но оно опосредованно присутствует практически во всех этих правах и свободах [7, с. 266]. К примеру, реализация важнейшего права человека на жизнь (ст. 20 Конституции РФ) будет значительно затруднена, если жизнь человека будет находится под серьезной угрозой, в связи с непрекращающимися преступными посягательствами, вооруженными конфликтами, актами терроризма, голодом, катастрофами различного характера, авариями и т.д. Это означает, что право на жизнь должно обеспечиваться правом на безопасность, реализация которого создаст соответствующие условия безопасной и достойной жизни человека. Состояние безопасности жизни человека становится самостоятельным объектом особого рода правоотношений безопасности.

Аналогичным образом дело обстоит и с иными основными правами человека. Право на безопасность незримо присутствует и в праве не подвергаться пыткам, насилию, жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению и наказанию (ч. 2 ст. 21 Конституции РФ); в праве на свободу и личную неприкосновенность (ч. 1 ст. 22); в праве на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны (ч. 1 ст. 23); в праве свободно передвигаться и выбирать место пребывания и жительства (ч. 1 ст. 27) и т.д. Впрочем, право личности на безопасность, будучи сквозным правом, создает основу для нормальной реализации личностью не только своих личных, но и политических, экономических, социальных и духовных прав и свобод.

В пику актуальности рассматриваемого аспекта проблемы верными представляются и высказывания А.К. Тихонова, который подчеркивает, что право на безопасность конкретной личности выступает необходимым условием или специальной гарантией реализации всех других прав и свобод, а также обязанностей граждан. При этом право личности на безопасность выступает в качестве сквозного права-гарантии, поскольку защищает безопасность человека и гражданина и тем самым создает условия для того, чтобы использовать все иные права [8, с. 127]. Безусловно, в данном случае право на безопасность претендует на статус универсального, комплексного (сквозного) права, выступающего своеобразным, но исключительно важным смысловым, идеологическим и ценностным ядром правового статуса личности, включающего в себя конституционные и иные права и свободы. Изъятие права личности на безопасность из общей системы прав человека лишает практической ценности предоставления всех основных прав, поскольку без обеспечения права на безопасность любое из перечисленных основных прав человека может так и остаться не реализованным, вследствие угроз полноте их реализации или и вовсе нарушения этих прав.

Право на безопасность субъективное право личности. Претворение в жизнь норм объективного права, в том числе и права личности на безопасность, не возможно без конкретных правоотношений. В этой связи, стоит согласиться с проф. Г.М. Вельяминовым, по словам которого право объективное есть не более чем абстракция. Если нет конкретных персонифицированных правоотношений, нет ничего, что реально можно было бы обеспечить и защищать посредством норм объективного права [9, с. 99].

Субъективное право на безопасность целесообразно рассматривать в узком (единичное субъективное право) и широком смыслах (право в субъективном смысле).

В узком смысле субъективное право на безопасность может быть рассмотрено в качестве элемента содержания определенной разновидности правоотношений. Во-первых, в качестве особой разновидности общественных отношений складывающихся по поводу и в связи с обеспечением безопасности различных объектов жизнедеятельности личности (жизни, здоровья, собственности личности и т.д.). В этом случае управомоченной стороной является сама личность, а обязанной стороной выступает государство, которое должно создавать условия для наиболее полного обеспечения состояния безопасности данных объектов и оказания многоплановой помощи личности, оказавшейся в опасном для себя состоянии. Во-вторых, право на безопасность может быть рассмотрено в качестве субправомочия, входящего в содержание субъективных прав различного вида правоотношений (образовательных, трудовых, семейных и др.). Основной функцией подобного субправомочия является способствование полноте реализации конкретного субъективного права (права на достойную жизнь, права на образование, права на труд и др.). Обязанной стороной в подобных правоотношениях могут быть не только государственные институты, но и иные индивидуальные и коллективные субъекты (администрация образовательного учреждения, работодатель и т.д.).

В широком смысле субъективное право представляет собой собирательное понятие, которое охватывает собой все виды прав личности: права человека и гражданина, конституционные и отраслевые права, основные и текущие права, права, находящиеся в общих и конкретных правоотношениях и т.д. [10, с. 82]. Применительно к субъективному праву личности на безопасности это означает, что его можно рассматривать более расширительно, нежели единичное субъективное право, то есть в качестве права в субъективном смысле, которое охватывает собой не только конкретные правомочия, но и обязанности. Более того, субъективное право на безопасность, рассматриваемое в качестве собирательного понятия, должно включать в себя все права личности на различные виды безопасности: личную безопасность, безопасные условия труда, экологическую безопасность, пожарную безопасность и т.д.

В современных условиях, когда личность находится под воздействием определенных опасностей и угроз, исходящих из различных источников, актуализируется проблема должного обеспечения права личности на безопасность со стороны государства. Нормативное закрепление права человека на безопасность, конкретизация его содержания на отраслевом уровне позволит государству обозначить новые приоритеты в сфере обеспечения безопасности. Учет таких приоритетов позволит рассматривать интересы личности в сфере обеспечения безопасности в качестве самостоятельных, а не в качестве одной из составляющей национальной (государственной) или общественной безопасности.

Список литературы

1. Колоткина О.А. Право личности на безопасность: понятие и механизмы обеспечения в Российской Федерации (теоретико-правовое исследование): автореф. дис. канд. юрид. наук. Саратов. 2009.

2. Умнова И.А. Попова С.П. Безопасность личности как объект правовой защиты: место среди других видов безопасности и состояние правового регулирования в современный период // Право и безопасность. № 2 (39). 2011.

3. Командирова Т.Г. Правовые гарантии безопасности личности в России // Вестник Саратовской государственной юридической академии. № 3 (92). 2013.

4. Опалева А.А. Институт личной неприкосновенности (теоретико-правовые проблемы): Автореф. дисс. докт. юрид. наук. М., 2008.

5. Общая теория прав человека. Ответ. ред. Е.А. Лукашева. М.: Изд. Норма, 1996.

6. Тер-Акопов А.А. Понятие, предмет и система безопасности человека. Безопасность юридическая / Правовое обеспечение безопасности человека. М., 2006.

7. Ягофаров Д.А. Право на безопасность, правовая безопасность и их обеспечение: теоретико-правовой аспект // Актуальные проблемы современного права и юридического образования: Материалы научно-практических конференций. Екатеринбург, 2005.

8. Тихонов А.К. Сущность категории личной безопасности и ее соотношение с категориями чести и достоинства // Правоведение. 1998. №1.

9. Вельяминов Г.М. К вопросу о понятии состава права как сочетания объективного и субъективного права // Государство и право. 2014. № 2.

Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. Саратов: Изд. Сарат. гос. академии права, 2003.