Холодная война: причины, суть, последствия

В холодной войне, ставшей историческим фактом, социалистическая система, которая была одной из противоборствующих сторон, оказалась поверженной, в то время как капитализм восторжествовал. В результате у побежденных изменяется восприятие прошлого и настоящего. Как всегда в таких случаях, весьма вероятно и опасно искажение истории. И это понятно –историю пишут победители и их вариант развития событий становится историей и мировоззрением побеждённых. Формирование же «своей истории» происходит через искажение фактов, , их подмену, их замалчивание , отрывочность предоставляемых сведений и другими способами.
 
Объект исследования – международные и политические отношения стран во второй половине ХХ века.
Предмет исследования – период холодной войны между СССР и США.
Цель работы – раскрыть причины, суть и последствия событий холодной войны.
 
Задачи работы:
- провести историографический обзор литературы по теме холодной войны;
- проанализировать предпосылки и период охлаждения отношений;
- исследовать события, связанные с разработкой и применением ядерного оружия и применения его в качестве аргумента в холодной войне;
- исследовать сущность, специфику, итоги холодной войны.
 
Источники.
В качестве базы источников использовалась научная литература, материалы периодической печати, тексты международных правовых актов, дипломатическая переписка, а также иные документы.
 
 

Историография

 
 
И в западной, и в отечественной историографии большое внимание уделяется вопросам послевоенной внешней политики США, в частности, отношениям Соединенных Штатов с Советским Союзом. Одним из аспектов исследования данной проблемы является выяснение роли сверхдержав в начале «холодной войны». Результаты обобщаемого историографического материала показали, что истокам и началу «холодной войны» посвящено наибольшее количество публикаций, хотя это в основном статьи из журналов, а не монографии.
 
В СССР практически не проводилось специальных исследований по этому вопросу, публиковались лишь главы и разделы в различных общих трудах или работы, посвященные анализу зарубежной историографии «холодной войны». Но эти работы, как и многие другие, вышедшие в советский период, не освещали данную проблему объективно и непредвзято, так как советские ученые не могли выказывать мнения, расходящиеся с официальной позицией государственной власти. Впервые термин «холодная война» публично произнес У. Черчилль в ходе своего выступления в Фултоне (США) 5 марта 1946 г., в которой он призвал к организации мощного военно-политического союза, направленного против СССР. Англо-американские стратегические установки на достижение мирового господства были сформулированы следующим образом:
 
«Создать кольцо сил – политических, экономических и военных – вокруг района, находящегося под советским контролем, чтобы довести Советский Союз до такого состояния, когда он будет вынужден перестроиться». Затем американский финансист и экономист Б.Барух 16 апреля 1947 г. в своей речи в Колумбии ввел этот термин в обращение. Эта речь во многом предопределила идеологическую направленность и даже политизацию последующих зарубежных исторических работ, наложила отпечаток на методы анализа и сопоставлений, затронув различные аспекты освещения послевоенной внешней политики США. А.А.Рощин считает, что «холодная война» началась до фултоновской речи Черчилля. По его личным воспоминаниям, веяние «холодной войны» ощущалось уже на конференции в Сан-Франциско весной 1945 г., причем советский нарком иностранных дел В.М.Молотов своими действиями способствовал взаимному отчуждению государств Запада и Востока. С другой стороны, президент Трумэн в конце апреля 1945 г. предложил немедленно ломать американо-советские отношения. В связи с этим В.Л. Исраэлян утверждал о крутом повороте союзников в отношении к СССР с весны 1945 г. В свою очередь В.А. Секистов добавил, что уже на ранней стадии «холодной войны» (1944) военное руководство США разрабатывало стратегические планы, направленные против СССР, хотя пока еще избегало антисоветской риторики и не называло его врагом № 1. Вместе с тем, взрыв в отношениях двух союзных государств произошел в апреле 1945 г., когда к власти пришел Г. Трумэн. Очевидно, что «холодная война» родилась в горниле войны «горячей» (вторая половина 1943 -апрель 1945 г.). Уже к концу 1945 г. правительства США и Англии отказались от послевоенного сотрудничества с Советским Союзом, «первыми показали бронированный кулак и первыми нарушили совместные решения». Речь же Черчилля в Фултоне являлась, по сути, манифестом «холодной войны», на фронтах которой уже происходили ожесточенные идеологические сражения. Она вооружала глашатаев «холодной войны» основными стереотипами для антисоветской пропаганды послевоенного времени.
 
С.Ю. Шенин считал, что уже осенью 1945 г. американские военные активно разрабатывали планы атомных ударов по СССР.
М.Н.Петров рассматривал возникновение «холодной войны» как явление чисто идеологического свойства, которое зародилось сразу же после октябрьской революции в стане противников социалистической революции в России, а затем перешло в политический арсенал советской власти. Н.В. Загладин считал ошибочным определять начало «холодной войны» между СССР и Западом с 1917 г. Этой же точки зрения придерживался и В. Л.Мальков, так как едва ли можно найти более убедительный контрдовод против мнения о том, что история «холодной войны» ведет свое происхождение от 1917 г., чем факт сближения между Соединенными Штатами и Советским Союзом в 1933 г. Он считал, что само понятие «холодная война» возникло из исторически обусловленного реальными обстоятельствами состояния страха у обоих народов оказаться вовлеченными в глобальный военный конфликт непосредственно друг с другом. С геополитической точки зрения ничего подобного Соединенные Штаты и Советский Союз не испытывали вплоть до 1945 г. Характерное для «холодной войны» обостренное чувство опасности и взаимного недоверия возникло как результат вступления человечества после 1945 г. в ядерную эру.
 
Интересные факты приводятся в книге «Холодная война. Свидетельство ее участника» Г. М. Корниенко, который рассуждая о причинах «холодной войны», анализирует мнение западных историков и общественных деятелей, а также высказывает свою позицию по данному вопросу. Очевидно, что вину в охлаждении отношений нельзя возлагать на какую-то конкретно страну, освобождая от нее остальные государства. Однако степень вины может быть у кого-то больше, а у кого-то меньше. Так, начало «холодной войны» Г.М. Корниенко связывает с различной реакцией стран на сложившуюся ситуацию в Западной Европе после окончания Второй мировой войны, со стремлением Советского Союза советизировать Восточную Европу и ответным предупреждающим ходом Соединенных Штатов Америки в виде сбрасывания атомных бомб на готовую капитулировать Японию. Однако предпосылками всех этих событий является нежелание стран-союзниц открывать второй фронт на Западе Европы для помощи советским войскам в борьбе с гитлеровской Германией, двойным стандартам по отношению к Германии и натравливании фашизма на Советский Союз.
 
Таким образом, Г.М. Корниенко делает вывод о большей степени вины, которая лежит на западных странах, оправдывая политические притязания СССР в Восточной Европе аналогичными действиями странами-победительницами на территории побежденных стран (в пример приводится написание американскими военными Конституции Японии, которая была насильно им навязана).
 
Говоря о возможных вариантах развития политических отношений и расстановке сил на международной арене после окончания Второй мировой войны, Г.М. Корниенко говорит о конструктивном диалоге между Советским Союзом и Америкой в период правления Ф.Д.Рузвельта, который проходил в позитивном ключе. Многие факты и свидетельства говорят о возможности взаимовыгодного сотрудничества на паритетных началах между Западом и Востоком, поскольку на этом настаивали и Сталин и Рузвельт. Не только словами, но и действиями они подтверждали стремление к параллельному, но не конфронтационному курсу внешне политики каждого государства. Однако со смертью Рузвельта и приходом к власти Трумена надежды на «мир во всем мире» в одночасье рухнули. Новый президент Америки совершенно иначе смотрел на отношения с СССР, раскритиковав достигнутые соглашения между странами. Таким образом, «холодные» отношения стали неизбежными, Америка стала вести переговоры с позиции силы.
 
В заключение автор делает вывод о том, что развал Советского Союза и демонтаж его внутреннего строя произошли отнюдь не по причине холодной войны, а в результате сугубо внутренних общественно-политических и экономических противоречий, однако западные страны склонны рассматривать разрушение и ликвидацию СССР как свою политическую победу, чем и объясняется стремление навязать диалог с позиции покровительства в последнее десятилетие ХХ века.
 
Что касается западной историографии холодной войны, то в ней присутствует анализ «европейского измерения», который до недавнего времени игнорировался в большинстве отечественных работ. Западные авторы справедливо рассматривают холодную войну как процесс обоюдный, в котором каждая из сторон несет свою долю ответственности. Эта тема рассматривается в книгах в тесной увязке с оценкой внутриполитического положения в США, СССР и западноевропейских странах. В работе А. М. Филитова прослеживаются многолетние дискуссии вокруг «модернистских» подходов к истории послевоенной международной конфронтации.
 
Феномен холодной войны является предметом давнего острого интереса зарубежных историков и публицистов. Российский исследователь С. И. Аппа- тов считает, что основными направлениями западной историографии холодной войны являются «реалистическое», «ревизионистское» (конец 1940-х — 1950-е гг.), «неоревизионистское» (1960-1970-е гг.) и «постревизионитское» (конец 1970-х — 1980-е гг.). Позиции радикального неоревизионистского и прогрессистского направлений в американской историографии ослабли с конца 1960-х гг., но тем не менее они выступают как постоянный феномен общественной и научной жизни США.
 
Дж. Гимбель, американский историк-«ревизионист», автор ряда работ по вопросам послевоенной оккупационной политики США, опубликовал исследование «Vierteljahreshefte fur Zeitgeschichte» («Очерки современной истории»), в котором анализируется современное состояние американской ис- торио-графии германской проблемы. Долгие годы, отмечает Гимбель, в историографии внешней политики США господствовали антисоветские и антикоммунистические стереотипы, «интерпретации, возникшие в период холодной войны». Широко распространялись стандартные тезисы о постоянной «агрессивности Москвы», о «принципиальной невозможности» мирного сосуществования, о том, что в возникновении холодной войны виновен Советский Союз. В 1970-е гг. позиции официозно-консервативного направления были значительно подорваны, хотя и предпринимались попытки возрождения мифов, созданных в первые послевоенные годы (пример тому — публикация консервативного историка Дж. Беккера «Priming the German economy. American occupational policies. 1945-1948»).
 
Анализируя германскую историографию, следует обратить внимание на то, что непосредственно после окончания войны внимание немцев на события прошедшей войны обращали оккупационные власти. Так, например, газеты всех оккупационных зон подробно освещали процесс, который велся против главных военных преступников на Международном военном трибунале в Нюрнберге с 14 ноября 1945 г. по 1 октября 1946 г. и последующих нюрнбергских процессах, в том числе против ведущих военных чинов. В отчетах о ходе судебных заседаний преобладал мрачный образ войны и вермахта.
 
Особенностью восточногерманской историографии проблемы было то, что историки особое внимание уделяли анализу внутриполитических процессов, происходивших в стране. С. Дернберг предпринял первую попытку исследовать историю зарождения Германской Демократической Республики и уделил большое внимание сотрудничеству немецких властей и народа с органами СВАГ. Известные историки ГДР Г. Кайдерлинг и П. Штульц в работе «Берлин 1945-1975» показали историю Берлина с 1945 по 1975 г. с марксистско- ленинских позиций.
 
В литературе Восточной Германии взгляд на войну оставался сравнительно однозначным на протяжении всех лет. Образ Второй мировой войны создавался в рамках марксизма-ленинизма. Приводимые исследователями факты и интерпретация ими политики оккупационных властей показывали неприукрашенную сущность войны. Считалось, что война в первую очередь была спровоцирована германским монопольным капиталом. С упразднением капитализма в советской оккупационной зоне опасность войны была раз и навсегда устранена, в то время как на Западе из-за преемственности капиталистического экономического и общественного строя, а также из-за влияния США она по-прежнему угрожала всем немцам.
 
В заключение можно отметить, что даже по прошествии двадцатилетия после окончания Холодной войны мы не осмыслили этот феномен, что привело к капитуляции в ней мировой социалистической системы и СССР. Одна из причин такой «неосознанности происходящего» заключается в том, что Холодную войну изучают главным образом по части международных отношений, истории дипломатии, внешней политики, гонки вооружений. А это недостаточно, по сути ошибочно и лишний раз свидетельствует о глубоком и принципиальном непонимании политической, экономической, социальной, духовной и системно-исторической природы столь сложного явления глобального масштаба. И до тех пор, пока мы не поймем, как и почему потерпели поражение, а то, что поражение состоялось, сомнений нет никаких, пока не придем к правильным выводам, не выявим допущенные ошибки (это до сих пор не сделано), мы едва ли сможем всерьез рассчитывать на прогрессивное развитие в будущем. Целостное, системное осмысление Холодной войны – особая и неотложная задача, и именно она-то не решена у нас.
 
 

Предпосылки и период охлаждения отношений

 
 
Вторая мировая война кардинально изменила политическую карту мира и особенно европейского континента. Основные предпосылки нового расклада в мире сложились на завершающем этапе войны. Антигитлеровская коалиция, главную роль в которой играли великие державы - США, СССР, Англия, а, на последнем этапе войны, и Франция, - все менее отражала новую расстановку сил в мире. Ни Англия, ни Франция, ни тем более, поверженная Германия не могли в послевоенный период играть прежнюю роль гаранта равновесия и стабильности на европейском континенте.
 
Международный авторитет Соединенных Штатов и Советского Союза, необычайно возросший к концу войны вследствие колоссального отрыва от других стран в военной, экономической и политической областях, способствовал усилению их международного положения и формированию биполярной системы международных отношений. Процесс ее становления растянулся на целое десятилетие.
 
Однако на начальном этапе такая расстановка сил не предполагала конфронтационности между ведущими державами. Изначально символизировавший ее «ялтинско-потсдамский порядок» ассоциировался, скорее, со «сговором сильных, чем с их противостоянием», Но эта тенденция не получила своего дальнейшего развития в международных отношениях, несмотря на то, что представляла возможность сохранить взаимоотношения между двумя складывающимися лагерями на грани «холодного мира», не давая ему скатиться к «холодной войне».
 
Определенная доля ответственности за качало конфронтации между СССР и США лежит на Англии, Франции и Германии, ревниво относившихся к своей новой роли в международных делах и стремившихся увеличить свой вес в мировой политике посредством различных политических интриг, имевших целью посеять взаимное недоверие между сверхдержавами (термин, которым подчеркивалась новая расстановка сил в мире).
 
Известную роль в развитии ситуации в этом направлении сыграла и позиция, занимаемая формально независимыми (от СССР) правительствами восточноевропейских стран. А начавшееся столкновение интересов СССР и США в различных точках земного шара, сделало призрачными перспективы сотрудничества сверхдержав и фактически положило начало эре конфронтации.
 
Разногласия между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции после того, как была достигнута общая, объединяющая их во время войны цель, перешли в иную плоскость. Побежденный был очевиден - Германия, но претендентов на лавры победителей было много, общей победы признавать никто не хотел, что и предопределило неизбежность столкновения, усугублявшаяся несовместимостью целей, преследуемых членами коалиции в новых условиях.
 
Но не все страны из стана победителей были в состоянии вести эту борьбу, так как понесли серьезные потери в экономическом отношении. Лишь двум государствам - СССР и США - удалось не только сохранить, но и значительно укрепить свои позиции, и именно между ними развернулась борьба за господство в послевоенном мире, продолжавшаяся вплоть до распада Советского Союза.
 
Одним из результатов войны стал экономический скачок США, предопределивший и адекватный рост их политических амбиций в мировой политике, О том, какие настроения царили в правительственных кругах Америки, свидетельствовало высказывание Б. Баруха: «Благодаря могуществу своих вооруженных сил, своему превосходству в области экономики, своим ресурсам и моральной силе, вытекающей из американского образа жизни, Америка в состоянии утвердить свое руководство над миром». Необходимо признать, что такое мироощущение имело реальную основу. Ограниченное участие в непосредственных военных действиях (за годы войны численность американских войск не превышала одного миллиона человек, а население на этот период составляло около 110 миллионов человек) и вместе с тем наиболее активное и весомое обеспечение промышленной и финансовой основы борьбы с фашизмом способствовало необычайному росту экономической мощи Америки.
 
Годы второй мировой войны для экономики США были по-настоящему «золотыми»: с началом военных действий из Европы в Америку хлынул огромный поток капитала, значительно стимулировавший ее экономический рост. Этому прежде всего способствовала удаленность Соединенных Штатов от театра военных действий и связанная с этим безопасность вложения средств.
 
Расширение военного конфликта сопровождалось ростом военных заказов, что, в свою очередь, создавало благоприятные условия для ускоренного развития промышленности. Кроме того, в войне США выступали и как крупнейший кредитор стран антигитлеровской коалиции, которые по окончании войны оказались в финансовой зависимости от США. Опираясь на столь значительное экономическое преимущество и финансовую зависимость Европы в целом, американские политики считали, что последнее слово в послевоенном мире будет за ними.
 
Уверенность Соединенных Штатов в своем абсолютном превосходстве в послевоенном мире укрепилась после атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки в августе 1945 года. Бомбардировка этих городов была приурочена к встрече глав государств на Потсдамской конференции. Новое «сверхоружие», продемонстрированное американцами, должно было показать всему миру, что США являются лидером и в военной области. Именно с помощью этого оружия американская администрация решила проводить в жизнь политику отстаивания своих национальных интересов в мире» Американские военные говорили об этом совершенно открыто. «Атомная бомба... вновь укрепила веру в то, что наши военно-воздушные силы обладают абсолютным оружием, которое позволит Соединенным Штатам навязать миру своего рода «Рах Americana» - таково, например, было мнение начальника генштаба армии США генерала М. Тейлора.
 
Атомные бомбардировки японских городов являлись, по сути дела, акцией устрашения, направленной прежде всего против Советского Союза. СССР вынес на себе основное бремя борьбы с фашизмом: его наиболее развитая в экономическом отношении часть территории находилась в зоне непосредственных военных действий и подлежала восстановлению. Еще более значительными были людские потери Советского Союза - более 27 миллионов человек.
 
Несмотря на то, что война тяжело сказалась на социально-экономическом положении страны, она также дала и мощный толчок экономическому освоению ее восточной части, которое было затруднено в мирное время. Восстановительные работы стали проводиться по мере освобождения оккупированных территорий. Быстрому подъему народного хозяйства страны способствовала монолитность тоталитарной системы, ее способность концентрировать ограниченные ресурсы государства на конкретных направлениях развития экономики. Сталин и созданная им «машина» меньше всего при этом считалась с человеческими жертвами, оправдывая их идеологическими догмами. В налаживании экономики разрушенных районов страны принимала участие также и огромная армия военнопленных.
 
Тем не менее, к 1945 году страна была далека от экономических показателей довоенного времени. В конце войны мощь СССР базировалась не в экономической области (здесь лидерство США было неоспоримо), а в военной. СССР обладал самой многочисленной и боеспособной армией в мире: на конец войны, по различным оценкам, она насчитывала от 14 до 18 миллионов человек (если же исходить из общего числа всех занятых в этой сфере, то эта цифра должна вырасти на порядок). Кроме того, советские войска были далеко выдвинуты вперед от его непосредственных границ к возможному театру боевых действий. Даже обладание США атомным оружием не могло существенным образом повлиять на соотношение сил в этой области.
 
В последующие несколько лет каждая из сторон предпринимала попытки изменить создавшуюся ситуацию в свою пользу. Соединенные Штаты стали усиленно наращивать свой военный потенциал: в новом бюджете, принятом Конгрессом, были предусмотрены весьма высокие расходы на армию и военно-морской флот, составившие в 1946-1947 годах 13 млрд. долларов - около 40% от всего бюджета в 36 млрд. долларов, что, более чем в 10 раз, превышало расходы 1938 года.
 
Географическое положение США, сыгравшее немаловажную роль в процветании Америки в военные годы, в новых условиях создало определенные трудности, преодоление которых связывалось с реализацией программы строительства военных баз на территории других стран: на Атлантическом океане предполагалось построить 228 баз, опорных пунктов и радиостанций, на Тихом океане - 258 баз. В ряду мер, призванных усилить военную мощь Соединенных Штатов, был и принятый американским Конгрессом летом 1946 года закон о формировании армии мирного времени на основе всеобщей воинской повинности. Заметно увеличивались и размеры самих вооруженных сил, численность которых на 1 июля 1947 года должна была составить около 1 миллиона человек, США стремились усилить свой военный потенциал за счет использования достижений НТП, а не количественных показателей. Кроме того, достижения науки - создание дальней авиации и развитие военно- морского судостроения - позволяли держать в различных регионах крупные военные коитингенты.
 
Если США стремились достичь в отношении СССР превосходства в военной области, то для Советского Союза главной задачей являлось восстановление гражданских отраслей производства и постепенное избавление от становящегося непосильным бремени расходов на содержание армии. Опасаясь возможной дестабилизации системы, Советский Союз не пошел на резкое снижение вооруженных сил, а использовал их для укрепления своего господства в странах Восточной Европы. Во внутренней политике армия служила не только основой власти, но и использовалась как дешевая рабочая сила. Значительное отставание от Америки в экономическом развитии (что должно было вести и к военному отставанию) компенсировалось возможностью централизованной экономики концентрировать ограниченные ресурсы на определенных отраслях промышленности и количественным перевесом.
 
Таким образом, после разгрома фашистской Германии начала разгораться новая «война» между победителями за господство в мире, которая не ограничивалась рамками того или иного региона, а представляла собой глобальное противоборство двух сверхдержав.
 
 

Ядерное оружие, как аргумент в холодной войне

 
 
Для мировой политики во все времена была типичной ситуация, когда государства стремились с опорой на силу распространить свое влияние на внешний мир. Условия проявления такой активности качественно изменилась, когда в арсеналах некоторых стран появилось ядерное оружие. С этого периода ядерное оружие стало применяться как инструмент политического давления в геополитических спорах и рассматриваться как средство обеспечения национальной безопасности. Обладая таким оружием, государство, даже не имеющее прочных позиций на мировой политической арене, приобретало дополнительные возможности путем «ядерного шантажа» добиваться реализации собственных интересов, не особо считаясь с интересами других участников международных отношений.
 
Будучи угрозой преимущественно потенциальной, ядерное оружие в случае его применения представляет большую опасность для всего человечества. Это самое мощное оружие когда-либо имевшееся у человечества. Многие страны стремятся им обладать, но лишь избранные им владеют.
 
Г.М. Корниенко отмечает, что сдерживающим фактором обострения отношений было ядерное оружие, которое было продемонстрировано всему миру, поэтому оба государства опасались эскалации взаимного непонимания и претензий, хотя администрацией американского президента и рассматривались варианты ядерной бомбардировки советских частей в Западной Европе с целью устрашения СССР и склонения его на свои позиции.
 
Внешнеполитический курс США после окончания Второй мировой войны, в основе которого лежало стремление американских правящих кругов использовать созданный США арсенал ядерного оружия в качестве средства политического шантажа и давления на другие страны, стал обозначаться термином «атомная дипломатия». Однако в 1949 г. ядерная монополия Соединенных Штатов закончилась: СССР провел собственные испытания и начал создавать и серийно выпускать свое атомное оружие и средства его доставки. Впрочем, падение американской монополии еще не означало конец «атомной дипломатии». Под ее знаком в последующие более чем полвека теперь уже со стороны двух государств — США и СССР проводилась военно-политическая стратегия, основанная на угрозе применения ядерного оружия. Стоит отметить, что «ядерная дипломатия» не утратила своей актуальности и сегодня, хотя в связи с новыми вызовами XXI века, меняются формы внешней политики ядерных государств, разрабатываются ядерные программы в «не ядерных» странах. Можно предположить, что в мировой политике и международных отношениях в обозримом будущем «атомная дипломатия» не только не утратит своего значения, но будет актуализироваться и наполняться новым содержанием.
 
Влияние на политику государства наличия у него ядерного оружия трудно переоценить, однако, это влияние не всегда было одинаковым и имеет выраженный исторический контекст. В этом плане уместен сравнительный анализ периода «холодной войны», характеризующегося двухполюсным мировым порядком, со следующим за ним периодом, который называют, не договорившись пока окончательно, однополюсным или многополюсным.
 
Международную политику в годы «холодной войны» определяло соперничество двух держав США и СССР. Они задавали вектор мировой политики и по сути диктовали развитие международных отношений. Гонка вооружений между этими двумя государствами фактически не давала возможности другим странам вступить в равносильную борьбу за освоение ядерных технологий на соответствующем уровне. Сочетание экономических возможностей и доктринальных интересов двух сильнейших стран устраняла прочих конкурентов в области ядерного вооружения. Также оказывало влияние на расстановку сил существенное и достаточно прочное геополитическое положение этих стран.
 
В годы холодной войны дискуссии по вопросам оружия массового уничтожения доминировали на любом форуме по вопросам безопасности. Но после ее окончания международное сообщество стало свидетелем не только усиливающейся тенденции к распространению такого оружия, но даже появления угроз его реального применения. Хотя в течение 1990-х годов международным сообществом был принят ряд конвенций и соглашений по нераспространению и контролю над вооружениями, в тот же период некоторые государства овладели оружием массового уничтожения, другие упорно продвигались в этом направлении.
 
Нераспространение ядерного оружия признаётся подавляющим большинством государств одной из серьёзнейших проблем ближайшего времени, что заслуживает, несомненно, всеобщей поддержки и одобрения. Вместе с тем, все очевиднее проявляются намерения отдельных стран использовать ядерный шантаж для достижения эгоистических целей собственной региональной политики.
 
В настоящее время наличие у США и России ядерного оружия предопределяет сохранение концепции ядерного сдерживания. Как известно, 17 июня 1992 г. была подписана Хартия, которая, в частности, провозгласила, что США и Россия «не рассматривают друг друга в качестве противников и развивают отношения партнерства и дружбы».
 
 

Сущность, специфика, итоги холодной войны

 
 
Характерными процессами Холодной войны стали: острое политическое и идеологическое противостояние между коммунистической и западной либеральной системами, охватившее практически весь мир; негласный раздел мира на «сферы влияния» советского и западного блоков, внутри которых молчаливо допускалась возможность интервенции с целью поддержания угодного тому или иному блоку режима (Корея, Вьетнам, Венгрия, Чехословакия, Гренада и т. д.); создание системы военных союзов (НАТО, Организация Варшавского Договора, СЕАТО, СЕНТО, АНЗЮС, АНЗЮК); форсирование гонки вооружений и военных приготовлений; резкий рост военных расходов; экономическое соревнование (изматывание); периодически возникающие международные кризисы (Берлинский кризис, Карибский кризис, Корейская война, Вьетнамская война, Афганская война и др.); ведение массированной «психологической войны», целью которой была пропаганда собственной идеологии и образа жизни, а также дискредитация в глазах населения «вражеских» стран и «третьего мира» официальной идеологии и образа жизни противоположного блока. С этой целью создавались радиостанции, вещавшие на территорию стран «идеологического противника», финансировался выпуск идеологически направленной литературы и периодических изданий на иностранных языках, активно использовалось нагнетание классовых, расовых, национальных противоречий. В процессах были задействованы колоссальные интеллектуальные, трудовые, материальные и финансовые ресурсы. Победу в Холодной войне, как и в «горячих» войнах, одержал тот, кто имел этих ресурсов больше и использовал их наиболее эффективно.
 
Самостоятельный методологический интерес для историков представляет периодизация Холодной войны. В известных источниках, опять же, встречаются самые разные подходы к разрешению данного вопроса, при этом часто без всякой аргументации. Например, многие до сих пор с лёгкой руки некоторых советских политиков, сделавших, на наш взгляд поспешные заявления, считают, что СССР достиг паритета с США в самом начале 70-х годов. Детальный анализ показывает – это не соответствовало действительности ни в политической, ни в экономической, ни в военной областях. Однако публичное заявление о достигнутом паритете в то время было выгодно и США (они обладали реальным и неоспоримым преимуществом) и СССР, который наконец-то «догнал» противника. Историки должны пересмотреть этот миф, как и многие другие мифы.
 
По нашему мнению, объективно в ходе Холодной войны по характеру противоборства, соотношению сил можно выделить следующие этапы: I этап. Конец Второй мировой войны – начало 1960-х годов «Борьба между СССР и США за владение ядерным оружием, борьба СССР за суверенитет своего воздушного пространства»; II этап. Начало 1960-х годов-1972 год. «Борьба СССР и США за создание и наращивание ракетного оружия, способного достигать территории друг друга, борьба за освоение космического пространства»; III этап. 1972- 1985 годы. «Достижение действительного паритета между Востоком и Западом в развитии и применении вооружений во всех сферах географического пространства»; IV этап. Завершающий, 1985-1991 годы. «Сдача Востоком, в том числе Советским Союзом завоёванных позиций и военного паритета с последующим распадом союза социалистических государств и СССР». Содержание этапов ещё раз подчёркивает, что политические, экономические, социальные и духовные процессы были подчинены конкретным и прагматичным целям. Очевидно, что применённый системный поход не отвергает, наоборот, предполагает наличие соответствующих этапов в политической, экономической, социальной, духовной и военной сферах, которые не обязательно должны совпадать с обозначенными этапами войны в целом.
 
Системный подход к реструктуризации событий служит научной фактологической базой для получения системных выводов по результатам Холодной войны. Они, как окончательные, так и промежуточные – это итог динамического взаимодействия процессов противоборства в различных сферах общественной жизни и в различных сферах географического пространства. Конечно, трудно участникам проигравшей стороны в Холодной войне признавать своё поражение, но это сделать необходимо для возможности сделать соответствующие выводы. Для того, чтобы не быть втянутыми в новую неизвестную форму противоборства и поражения. Именно так был втянут в непомерную борьбу Советский Союз. На какую победу мог он рассчитывать, уступая противоборствующей стороне по располагаемым ресурсам, а также по эффективности их использования в несколько раз? Очевидно, что делать это было непредусмотрительно, нельзя было уповать на победу, а, следовательно, и втягиваться в неравную борьбу изначально не было смысла.
 
Другая крупная, как принято сейчас говорить, системная ошибка – принудительнодобровольное превращение Советского Союза и всей социалистической системы из закрытой в открытую систему. В теории систем известно, что закрытые системы могут достаточно долго быть устойчивыми и мало зависеть от внешней среды. Совсем иначе ведут себя открытые системы. Они рано или поздно должны устанавливать баланс между своими ресурсами и ресурсами, поступающими из внешней среды. Дисбаланс ресурсов в определённых условиях способен привести систему к нелинейному развитию и даже к катастрофе. Так оно и произошло в Холодной войне. Социалистическую систему сделали открытой, интегрированной в международное сообщество, а, главное, в противоборствующую капиталистическую систему, в несколько этапов. Сначала это было в политической сфере: участие в работе ООН, двухсторонние и многосторонние отношения с другими странами по различным политическим вопросам. (здесь нельзя согласиться с А. И. Фурсовым, который считает, что Советский Союз первоначально «открыли» в экономической сфере и значительно позже). Далее это стали отношения в военной сфере: испытания ядерного оружия, ограничения противоракетной обороны и ядерных вооружений. В конце 50-х – начале 60-х годов СССР всё больше начал открываться в культурной сфере со всеми вытекающими отсюда последствиями. Почти одновременно с началом разрядки международной напряжённости Советский Союз делает открытой свою экономическую систему. Он всё больше становится зависимым от баланса продажи на Запад углеводородов и закупок за рубежом зерна и других товаров «народного потребления», чтобы накормить население самым необходимым.
 
В середине 1970- х годов процесс интеграции в политической сфере вышел на новый уровень – в рамках работы Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе социалистические страны взяли на себя новые обязательства, об исполнении которых должны были отвечать, в том числе и перед своими противниками в Холодной войне. По всем перечисленным направлениям в социалистическую систему из капиталистической системы в различных формах стал поступать сначала разлагающий, а позже и разрушающий потенциал. Социалистическая система по тем же направлениям посылала свой разлагающий и разрушающий потенциал в систему противника. Но слишком неравными были ресурсы систем. Нас не должны дезинформировать некоторые критические переломные моменты, когда казалось бы вот-вот Западная Европа будет отколота от США (события во Франции в конце 1960-х годов, Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, размещение ракет SS-20 в Европе, массовые выступления против развёртывания американских ракет средней дальности в Европе). Ситуация была не под нашим контролем, как бы мы себя не убаюкивали желанным результатом.
 
На все перечисленные объективные закономерности развития открытых систем, как всегда в социальных системах, наложились и сыграли огромную роль факторы субъективные. Самыми важными, по нашему мнению, явились личные качества советской и западной элит. Так получилось, что во главе советского государства и всей социалистической системы оказались люди с недостаточной теоретической подготовкой, с ориентацией на свой жизненный опыт, на ортодоксальные идеологические установки. Сталин, Хрущёв, Брежнев, Андропов, Горбачёв – все были заложниками своих политических идей. Причём, каждый последующий руководитель хотел превзойти своего предшественника, при этом обесценив его достижения. Совсем иная картина на другой стороне – преемственность, даже в случае длительного кризиса власти в США, вызванного вьетнамской войной, и даже Уотергейтского конфликта.
 
Обсуждая субъективные факторы, нельзя не обратиться к общей исторической закономерности – зависимости исторической ситуации от порядка смены лидеров государства. Думается, аксиомой в истории стал распад государств в мирное время после того, как умирает истинный лидер-объединитель. В Холодной войне данная аксиома получила новое подтверждение и развитие. В Советском Союзе последовательно в течение нескольких лет умерли три лидера государства и все в очень престарелом возрасте. Всякая общественная система готовит своего следующего лидера, который является синкретиком, т. е. охранителем и продолжателем того, что достигнуто, сохранением основного содержания и смысла системы. Каждый последующий руководитель свободен всё дальше отойти и, как правило, отходит от провозглашённых в самом начале идеалов. Таков объективный закон.
 
В Советском Союзе провозглашённый закон был усугублен поведением нескольких поколений руководителей. Сталина «развенчал» Хрущёв. Хрущёва «справедливо» сместили «товарищи» умеренные и справедливые, которые захватили власть на целые пятнадцать-двадцать лет. Сначала казалось, что всё идёт хорошо под их руководством. Более того, к концу 1970-х годов они «потеряли страх», а, вернее, была потеряна возможность реальной оценки ситуации – возможно тут надо искать истинные причины поражения в Холодной войне – и тут наступила роковая последовательность смертей хранителей создаваемых порядков. В результате страну возглавил М. С. Горбачёв, который практически до этого не принимал участия в Холодной войне. Он наблюдал за ней со стороны. Он был свободен от идеалов Холодной войны, но при этом хотел коренной перестройки чуть ли не всех международных отношений. Именно с его лёгкой руки изнутри Советского Союза был запущен процесс саморазрушения, который вскоре и определил победителя в Холодной войне.
 
Холодную войну некоторые современные учёные и политики называют Третьей мировой войной ХХ века. Системная хроника подтверждает такое утверждение. В противоборстве были задействованы многие страны, объединённые в различные блоки. Противоборство велось во всех сферах географического пространства по всему земному шару и вокруг него. Холодная война стала мировой не только по масштабам борьбы, но и по своим последствиям. Перечислим эти последствия.
Крах мировой системы социализма.
Глубокий социально-политический и экономический кризис в СССР, который привёл к развалу страны.
Глубокий последующий кризис во всех новых странах, образовавшихся в результате распада СССР.
Стратегическое отступление СССР на внешнеполитической арене, «сдача» своих союзников и друзей.
Полная утрата политической воли руководством государства.
Потеря координат и векторов геополитического развития.
 
Особенностью Холодной войны явились формы применения сил и средств для достижений победы. Они были преимущественно мирными. Другой особенностью следует считать продолжительность борьбы – она составила более 45 лет. Никакая другая война за последние два века не была столь продолжительной. Весьма своеобразной особенностью Холодной войны следует считать характер протекания заключительного этапа. В обычной войне такой этап, как правило, скоротечен и в заканчивается мирным договором, в котором чётко обозначаются победители и побеждённые, а также их обязательства. Далее наступает достаточно быстрое восстановление разрушенного. В Холодной войне всё было иначе. Договора не было, была серия сделок-уступок и новых обманов. Более того, первоначально участниками войны было объявлено – в Холодной войне нет побеждённых, очевидно, предполагая, что все стали победителями. Однако через несколько лет, когда на территории одной из сторон наступил почти полный хаос, стало ясно, кто есть кто.
Процесс разрушения социалистической системы сопровождался процессом укрепления и даже территориального наступления НАТО на Восток, который продолжается до сих пор.
 
Необходимо отметить важность рассмотрения исследуемого явления в исторической перспективе. Этот принцип требует поставить Холодную войну в один ряд исторических событий, которые произошли в прошлом и которые следует ожидать в будущем. И здесь, опять же, очень важно не ошибиться в выборе одномасштабных событий и понять общий глобальный процесс. Представляется, что в качестве такого процесса необходимо принять геополитическую борьбу Востока и Запада, а она ведётся уже несколько столетий. Тогда холодная война, без сомнения, ещё не последний бой в этой глобальной борьбе.
 
Подведём итоги. К сожалению, в нашем общественном сознании до сих пор не устоялись адекватные представления о сущности и содержании Холодной войны. Мы не сформулировали и не усвоили её уроки, более того, до последнего времени даже не имели адекватной и достаточно полной хроники событий. Методологической причиной такого положения дел являются разрозненные не системные усилия учёных, отсутствие заинтересованности, включая политиков самого высокого уровня, знать и закреплять публично истину. В качестве альтернативного подхода к реконструкции Холодной войны следует считать и настойчиво применять системный подход, уделяя особое внимание разработке и распространению системной хроники событий.
 
Заключение
В наше время одно из главных направлений информационной войны против России заключается в том, чтобы выработать у русского народа комплексы вины и неполноценности, нанести максимально возможный урон общественному сознанию и коллективному бессознательному нации, загнать ее в психологически оборонительную позицию. Отсюда призывы каяться, так, одна из вещей, за которые русским предлагают каяться, – это коммунизм и его преступные действия внутри страны и за ее пределами. К подобным актам и относят многие факты Холодной войны, в том числе такие наиболее болезненные как политическую и военную экспансию, нарушение прав человека, развязывание противоборства, преследование инакомыслящих, безудержную гонку вооружений, , и т. п.
 
Исходя из этого представляется, что актуальной общественно-политической задачей для России в настоящее время является сдерживание процессов искажения истории и объективная оценка и взвешенный подход к изучению событий прошлого.
 
В ходе проведенного исследования были сделаны следующие выводы относительно причин, сущности и специфики холодной войны.
Во-первых, в послевоенный период за Соединенными Штатами закрепился статус ведущей мировой экономической державы вследствие количественного и качественного роста экономической мощи США; ослабления главных капиталистических соперников – Великобритании, Германии, Франции и Японии; тенденции к распространению экономического и финансового влияния США на страны Европы и мира в целом. Во-вторых, военно-политический курс США уже в первые послевоенные годы представлял для СССР реальную стратегическую угрозу. Он вызвал необходимость проведения конкретных ответных мероприятий по подготовке страны к крупномасштабной войне. Обеспечивая свою безопасность, СССР был вынужден учитывать такие военно-стратегические факторы: – политика «атомного шантажа», проводимая американским руководством в отношении Советского Союза; – осуществление стратегических мероприятий по милитаризации американской экономики; – агрессивность стратегических концепций и военных доктрин США и НАТО, направленность боевой и оперативной подготовки ВС; – создание и развитие военных блоков, стратегических военных баз вокруг его территории; – наращивание ВС, обычных вооружений и СНС США и их союзников; – начало стратегического планирования боевого применения ядерного оружия против СССР; – создание и развертывание баз с баллистическими средствами доставки атомного оружия; – деятельность Соединенных Штатов по созданию противоракетной обороны, использованию космоса в военных целях. В-третьих, объективно СССР в послевоенные десятилетия был больше всего заинтересован в сохранении мира, и также, как и США – в осуществлении политических преобразований мирным путем. Но логика борьбы постоянно толкала их на крайние меры, а порой и на открыто агрессивные действия. Причем инициатива чаще всего принадлежала США.
 
В-четвертых, анализируя складывающуюся обстановку и учитывая политические, экономические, военно-стратегические и другие факторы, советское руководство понимало, что единственной альтернативой курсу новых претендентов на мировое господство может стать только собственное ядерное оружие. Политика «атомного шантажа», активно проводившаяся США в отношении СССР, вынудила военно-политическое руководство Советского Союза принять ответные меры по наращиванию стратегических ядерных сил, ускорению разработки противоракетной и противокосмической обороны. Таким образом, исследование советской историографии, посвященной «холодная войне» в советско-американских отношениях (1946 – 1956 гг.) показало, что авторы трудов проявляли полное единодушие во мнении: США начала Холодную войну, а главной движущей силой всего процесса формирования американской внешней политики была экономическая экспансия и антикоммунизм.
 
 
Библиография
 
 
1.«Звездные войны»: иллюзии и опасности. М.: Воениздат, 1985.
2. Андреев В.А., Комаров М.П., Матвеев В.В. Системная хроника Холодной войны. – СПб.: Стратегия будущего, 2013.
3. Аничкин В.С., Трофименко Г.А. СССР - США: мирное сосуществование как норма взаимоотношений. М., 1975; Вальков В.А. СССР и США, их политические и экономические отношения. М., 1975
3. Аппатов С. И. «Холодная война»: историографические дискуссии на Западе // Вопр. истории. 1993. № 4.
4. Батуров А.В. Кризис миросистемного регулирования// Международная жизнь. - 1993. №7.
5. Безыменский Л., Фалин В. Кто развязал «холодную войну»? // Правда. 1988. 29 августа.
6. Дернберг C. Рождение новой Германии. 1945-1949 гг. Антифашистско-демократические преобразования и возникновение ГДР. М., 1962.
7. Иноземцев Н.И. Американский империализм и германский вопрос (1945-1954 гг.). М.:-1954.
8. Иноземцев Н.Н. Внешняя политика США в эпоху империализма. М., 1960.
9. Исраэлян В.Л. Заметки к истории «холодной войны» // США: экономика, политика, идеология. 1989. № 9
10. История внешней политики СССР. 1917-1975 / под ред. А.А. Громыко, Б.Н. Пономарева. Т. 1-2. М., 1976.
11. Корниенко Г. Холодная война. Свидетельство ее участника. – М.: ОлмаПресс, 2001.
12. Новиков Н.Внешняя политика США в послевоенный период. //Международная жизнь. 1990. №11.
12. Печатнов В.О. Фултонская речь Черчилля // Источник. 1998. № 1.
13. Ракетный щит Отечества / под ред. В.Н.Яковлева. М., 1999.
14. Рощин А.А. Организация Объединенных Наций и «холодная война» // Новая и новейшая история. 1991. № 5.
15. Секистов В.А. Кто нагнетал военную опасность // Военно-исторический журнал. 1989. № 10.
16. Согрин В.В. Современная американская «радикальная» историография о внутренней и внешней политике США ХХ в. // Новая и новейшая история. 1983.
17. Степанова О.Л. «Холодная война»: историческая ретроспектива. М., 1982
18. Тарасенко В.А. Атомные проблемы во внешней политике США (1945-1949 гг.).: дис. д.и.н. Киев, 1958.
19. Филитов А. М. Холодная война: историографические дискуссии на Западе. М., 1991.
20. Хлуденев И.М. «Круглый стол» в МИД СССР // Новая и новейшая история. 1991. № 5.
21. Шенин С.Ю. Начало «холодной войны»: анатомия «великого поворота» // США: экономика, политика, идеология. 1994. № 12.
22. Шлезингер А. Циклы американской истории. М.:-1992.
Аничкин В.С., Трофименко Г.А. СССР - США: мирное сосуществование как норма взаимоотношений. М., 1975; Вальков В.А. СССР и США, их политические и экономические отношения. М., 1975; Иноземцев Н.Н. Внешняя политика США в эпоху империализма. М., 1960.
Согрин В.В. Современная американская «радикальная» историография о внутренней и внешней политике США ХХ в. // Новая и новейшая история. 1983. № 3; Степанова О.Л. «Холодная война»: историческая ретроспектива. М., 1982; Шенин С.Ю. Начало «холодной войны»: анатомия «великого поворота» // США: экономика, политика, идеология. 1994. № 12. С. 71.
Тарасенко В.А. Атомные проблемы во внешней политике США (1945-1949 гг.).: дис. д.и.н. Киев, 1958. С. 136.
Ракетный щит Отечества / под ред. В.Н.Яковлева. М., 1999. С. 32-68.
Рощин А.А. Организация Объединенных Наций и «холодная война» // Новая и новейшая история. 1991. № 5. С. 74-76.
Безыменский Л., Фалин В. Кто развязал «холодную войну»? // Правда. 1988. 29 августа.
Исраэлян В.Л. Заметки к истории «холодной войны» // США: экономика, политика, идеология. 1989. № 9. С.47
Секистов В.А. Кто нагнетал военную опасность // Военно-исторический журнал. 1989. № 10. С. 23—25.
Печатнов В.О. Фултонская речь Черчилля // Источник. 1998. № 1.
Шенин С.Ю. Начало «холодной войны»: анатомия «великого поворота» // США: экономика, политика, идеология. 1994. № 12. С. 71.
Хлуденев И.М. «Круглый стол» в МИД СССР // Новая и новейшая история. 1991. № 5. С.85.
«Звездные войны»: иллюзии и опасности. М.: Воениздат, 1985. С. 35.
История внешней политики СССР. 1917-1975 / под ред. А.А. Громыко, Б.Н. Пономарева. Т. 1-2. М., 1976. – С. 134
Корниенко Г. Холодная война. Свидетельство ее участника. – М.: ОлмаПресс, 2001. – С. 15
Филитов А. М. Холодная война: историографические дискуссии на Западе. М., 1991.
Аппатов С. И. «Холодная война»: историографические дискуссии на Западе // Вопр. истории. 1993. № 4. – С. 180
HimbelJ. Vierteljahreshefte fur Zeitgeschichte. Stuttgart, 1972.
Becker J. Priming the German economy. American occupational policies. 1945-1948. N. Y., 1977.
Эхтернкамп И. «Немецкая катастрофа?»: О публичной памяти о Второй мировой войне в Германии // Неприкосновенный запас. 2005. №. 2-3 (40-41).
Дернберг C. Рождение новой Германии. 1945-1949 гг. Антифашистско-демократические преобразования и возникновение ГДР. М., 1962.
Кайдерлинг Г., Штульц П. Берлин. 1945-1975. М., 1976.
Батуров А.В. Кризис миросистемного регулирования// Международная жизнь. - 1993. №7.-С.31.
Иноземцев Н.И. Американский империализм и германский вопрос (1945-1954 гг.). М.:-1954. -С.69.
Тейлор М. Ненадежная стратегия. М.:-1961.-С.42.
Новиков Н.Внешняя политика США в послевоенный период. //Международная жизнь. 1990. №11. - С.150.
Шлезингер А. Циклы американской истории. М.:-1992.-С.296.
Новиков Н. Указ. соч. -С.150.
Корниенко Г. Холодная война. Свидетельство ее участника. – М.: ОлмаПресс, 2001. – С. 21
Андреев В.А., Комаров М.П., Матвеев В.В. Системная хроника Холодной войны. – СПб.: Стратегия будущего, 2013. – С. 87
Комментарии
Отправить