Человеческая комедия Мольера

Традиционно в творчестве Жана Батиста Мольера выделяют три пьесы, которые можно отнести к «человеческой комедии» - «Тартюф», «Дон - Жуан», «Мизантроп».
Для начала сформулируем определение «человеческая комедия».
 
Словарь литературоведческих терминов дает такое определение понятию «комедия»:
Комедия (от греч. komodia)-жанр драмы, в котором действие и характеры трактованы в формах комического; противоположен трагедии.
Комедия человеческая, значит, комедия, ставящая своей целью не увеселение читателей, а сатирическое описание человеческих характеров, высмеивание недостатков, пороков общества. Отсюда следует, что человеческая комедия-жанр драмы, в котором действие и характеры трактованы в формах комического, основой является обличение человеческих пороков.
 
Действительно, обличение недостатков является основной темой всех трех произведений. Кроме того, нельзя отрицать, что сам Мольер писал эти комедии как серию произведений, имеющих общие характеристики. Об этом свидетельствует тот факт, что комедии написаны друг за другом, с разрывом в один год. (Первая редакция «Тартюфа» датируется 1664 г., «Дон Жуан» написан в 1665 году, «Мизантроп» 1666 г.) Мольер выдвигает на первый план не развлекательные, а воспитательные и сатирические задачи. Его комедиям присущи острая, бичующая сатира, непримиримость с социальным злом и, вместе с тем, искрометный здоровый юмор и жизнерадостность.
 
Первой была написана пьеса «Тартюф». Комедия была направлена против духовенства, смертельного врага театра и всей светской буржуазной культуры. Главный герой поп-лицемер и обманщик. Естественно, вскоре пьеса была запрещена, и предстала читателю лишь спустя пять лет, выдержав три редакции.
 
Хочу обратить внимание на заглавие комедии, которое, кстати, тоже не раз менялось ( в первой редакции пьеса называлась «Тартюф, или Лицемер» (Tartuffe, ou L’hypocrite), затем в 1667 году она вышла под названием «Обманщик» (L’imposteur), где к тому же сменилось имя главного героя с Тартюфа на Панюльфа, и только в 1669 году пьеса вышла под названием  «Тартюф» (Le Tartuffe), которое сохранилось и по сей день). В названии Мольер использует имя собственное, ставшее впоследствии нарицательным. В силу обстоятельств, Мольер не может, да и не хочет делать название «кричащим». Он понимает, что название само «закричит», станет говорящим, как только произведение найдет свою публику. Так и произошло - у каждого человека имя Тартюф прочно ассоциируется с лживым, лицемерным человеком.
Сформулируем первый принцип поэтики человеческой комедии Мольера - заголовок восходит от имени собственного к типу нарицательного.
 
Обратимся к тесту пьесы. С главным героем читатель знакомится не сразу, сам Тартюф появляется лишь в третьем действии. Несмотря на это, к моменту его появления в пьесе, читатель уже знает характер главного героя, обстоятельства, ставшие основой сюжета, и какую роль во всех этих событиях играет сам Тартюф. Мольер делает это намеренно, он показывает нам Тартюфа глазами других героев. Показывает то, каким он представляется каждому из них, показывает то, как они относятся к нему. Получается, что через то, как видят остальные герои Тартюфа, мы понимаем не только, что из себя представляет Тартюф, но и получаем представление о всех второстепенных персонажах. В этом заключается второй принцип поэтики - прием непрямого представления героя.
 
Каждый герой, как это свойственно классицизму, имеет однотипный характер. Тартюф-это, несомненно, лицемер. Оргон - выламывающийся из разумного порядка герой, которого все остальные пытаются образумить. Стоит отметить еще один тип героя, который обязан своим развитием именно Мольеру. Герой – резонер.
В данной пьесе можно выделить два типа резонеров. Флинт - как резонер «высокий», и Дориана- «бытовой» резонер, резонер «из народа». Итак, следующий принцип- появление героев-резонеров.
 
Хочу обратить внимание так же на зеркальность композиции. Прозревший герой (Оргон), прежде слушавший и отрицающий убеждения героев, теперь сам вынужден убеждать (г-жу Пернель) и видеть неверие с ее стороны.
 
Следующим принципом является соответствие финала традициям классицизма. «Выламывающийся» герой возвращен в реальность, разум торжествует, Тартюф наказан, а королю возносится слава за его мудрость и великодушие.
 
Спустя год в свет выходит очередная комедия Мольера «Дон Жуан». Здесь Мольер вновь использует прием перехода от имени собственного к типу нарицательного. Дон-Жуан прочно ассоциируется с женским обольстителем. С героем читатель так же знакомится не сразу, автор снова действует по принципу непрямого представления героя. Но, в отличие от «Тартюфа», наряду с этим принципом мы видим характер Дон-Жуана и через его собственное представление о себе.
 
Автор не отступает и от типа героя-резонера. Здесь мы наблюдаем резонерство сразу двух видов. Первый вид - резонеры, обличающие Дон-Жуана. К ним можно отнести отца Дон-Жуана и его слугу. Ко второму виду можно отнести самого Дон-Жуана, как обличителя пороков общества. Выламывающийся за пределы нормального мира герой- все тот же Дон-Жуан.
 
В финале комедии наказывается зло, восхваляется монарх, что свойственно для классицизма, и совершается традиционное для этой истории фантастическое событие.
Таким образом, в Дон-Жуане Мольер несколько отходит от традиций классицизма. Фантастическое событие в финале истории является лишь небольшим отступом от устоявшихся принципов, намного большим отходом от норм является характер главного героя. Дон-Жуан не очевидное зло, он не однотипный характер, как это было прежде. Он не только беспринципный, развратный и циничный, но в то же время остроумный и храбрый молодой человек. Придуманным им же, принципам человеческой комедии Мольер придерживается, но развивает их (тема двойного резонерства.) В 1666 году Мольер выпускает очередную комедию «Мизантроп».
 
Здесь Мольер почти отходит от создания комического эффекта, усиливая трагические черты. В самом заглавии мы видим принципиальное отличие от двух предыдущих комедий. В заголовок вынесено нарицательное существительное, знакомое и понятное читателю. Но, приступив к чтению комедии, он понимает, что автор использует эффект обманутого ожидания. Главный герой Альцест вовсе не является ненавистником всех и вся.
Вообще главный герой не типичен для классицистического произведения. Нельзя с уверенностью сказать, кто Альцест, - отрицательный герой или положительный. 
 
Тип героя-резонера снова развивается. Пред нами предстает резонер-идеалист Альцест, который показывает свое отношение к обществу в крайне резкой форме. Второй тип резонера-это примиренец Филинт, который хоть и видит пороки людей, все же пытается найти оправдание каждому. Мольер дает базовое, психологическое обоснование резонерству. Через монологи, через внутренние переживания резонера Альцеста мы видим пороки французского буржуазного общества XVII века и то, как они отзываются душе думающего человека.
 
Развернутые монологи вообще становятся одним из основных типов познания героя, прием непрямого представления уходит на второй план. Финал совершенно не типичен для произведения эпохи классицизма. Он остается открытым. С точки зрения общества Зло наказано – Альцест покидает их, но с точки зрения самого Альцеста Зло продолжает бесчинствовать.
 
Подводя вывод всему вышесказанному можно выделить общие черты, на основании которых все три комедии обобщаются в человеческую комедию:
Формирование резонерства (которое меняется с каждой комедией).
Категория типа к третьей комедии получает категорию характера.